«Пятая колонна» и Русская Церковь. Век гонений и расколов

А в сентябре 1918 года развернулась уже официальная кампания «красного террора». И снова под расстрелы пошли делегаты Собора – епископы Ефрем Селенгинский (Кузнецов), Макарий Вяземский (Гневушев), протоиерей Иоанн Восторгов. Вот так, среди ужасов и крови, Поместный Собор завершил работу. Он заседал больше года, и за это время вся Россия изменилась до неузнаваемости. Но ведь и Собор изменился. Созывался он как вполне «революционный» орган, одурманенный химерами «свобод», откровенно нацеливался на либеральные реформы Православия.

Однако Сам Господь взялся вразумлять Церковь. Наставлять очень сурово, но ради ее же спасения. При посыпавшихся ударах и политических катаклизмах кто-то из делегатов Собора отпадал, подавался или в другие страны, или к белым, к германским, британским, чешским интервентам – подальше от Москвы. Кто-то переосмысливал свою позицию, начинал смотреть на революционные процессы совсем иными глазами. Некоторым священнослужителям Господь позволял искупить отступничество и измену, заслужить венцы Мучеников.

На ведущую роль стало выдвигаться консервативное, умеренное крыло духовенства. Оно видело свою задачу уже не в реформах, а в сбережении Православия среди чудовищных бурь.

Воля Господня в полной мере проявилась и в выборе Патриарха. Напомним, при голосованиях из трех основных кандидатов Святитель Тихон набрал наименьшее число голосов. Но архиепископ Антоний (Храповицкий), лидировавший в списке, впоследствии откровенно признавал: если бы Патриархом стал он, то погубил бы Церковь.

Святитель Тихон по характеру был иным, гораздо более мягким. Он не вступил в открытый конфликт с безбожной властью, даже шел с ней на компромиссы. Но Церковь он сберег.

Глава 2

Церковный погром и ереси

Своей ненависти к Православию большевики нисколько не скрывали. В августе 1918 года председатель Реввоенсовета республики Троцкий впервые выехал на фронт лично командовать войсками. Свой штаб он расположил в Свияжске, и здесь в полной мере проявил собственное отношение к Церкви.

Был схвачен и доставлен ко Льву Давидовичу престарелый епископ Амвросий (Гудко), доживавший век в Свияжском монастыре, потом келейник владыки нашел в поле его тело, исколотое штыками. По приказам Троцкого был казнен и епископ Балахнинский Лаврентий (Князев), расстреляны все монахи и послушники Зилантова монастыря [58].

А на следующий год здесь же, в Свияжске, по личному распоряжению Льва Давидовича был поставлен памятник… Иуде Искариоту.