Мир царя Михаила

Они понимают только военные союзы, громады броненосцев, блеск парадов и бравурную музыку духовых оркестров. Но мы, женщины, понимаем, что Россия в первую очередь должна укрепиться изнутри.

– Вы правы, Ваше Величество, – ответила я, – со слабыми не договариваются, слабым диктуют свои условия. Но чтобы укрепиться изнутри, нужно выигрывать время, заключая союзы, с помощью военных парадов демонстрируя окружающим несокрушимую мощь и ведя на периферии локальные войны, которые позже не очень умные историки назовут «ненужными».

У нас, у вас, у вашего сына Михаила впереди – огромный, поистине адский труд по укреплению России и превращению ее в одну из великих держав двадцатого века. По сравнению с этим наша общая победа над Японией – это просто детская игра, не более того.

– Я знаю, – просто ответила Мария Федоровна, – Мишкин телеграфировал мне, что с вашей помощью он полон решимости сделать Россию величайшей империей мира, и именно она будет памятником несчастному Ники. Я понимаю, что, побывав на краю смерти, он переменился, и надеюсь, что к лучшему…

Полчаса спустя.

Санкт-Петербург. Зимний дворец, кабинет Е.И.В.

Германский император бравым шагом вошел в кабинет царя, блистая торчащими вверх набриолиненными усами и бряцая множеством орденов и медалей. Фат и позер, он еще не испытал разочарования от потери всего, что имел, и ныне пребывал на вершине славы. Адмирал Тирпиц скромно задержался в приемной, дабы не мешать своему монарху и без свидетелей перекинуться парой слов с полковником Антоновой.

– Ваше Величество! – воскликнул он, остановившись перед маленькой, одетой в черное, женщиной. – Вся Германия скорбит вместе с Вами. Мы потрясены ужасной гибелью вашего возлюбленного сына, и все мы, немцы, до глубины души возмущены наглым ультиматумом, который предъявила вам Британия. Нам ли не знать, что ваш младший сын Михаил находится сейчас в добром здравии и скоро явится сюда, чтобы сесть на престол своих предков и покарать всех виновных в смерти его брата. Знайте же: если вам придется обнажить меч против тех, кто угрожает вам, то немцы почтут за честь быть вместе с вами в одном строю.

Мария Федоровна спокойно выдержала весь этот бурный тевтонский натиск, а когда император Вильгельм выдохся, произнесла ровным голосом:

– Мы благодарны вам и вашим подданным за то участие, которое они принимают в делах нашего богоспасаемого Отечества. Многие наши адмиралы, генералы и офицеры являются немцами по крови, но тем не менее русскими по духу.