Книга о радости и страдании

У них не было вопроса, что это – сияние солнца или снега горных вершин? Они духом своим познали неземную природу воссиявшего света. Их Учитель Сам был этим светом. Мгновения открыли им вечность, ее нездешнюю красоту и любовь. Они поняли одно – что нет на земле ни слов, ни чувств, ни опыта, которые можно сравнить с тем, что они пережили.

Эта непостижимая близость Самой благодати вошла в жизнь апостолов новой реальностью. Бог открывает Себя во свете Своим избранникам. В богослужебных молитвах мы предстоим пред нетварным светом, которому поет хвалу Церковь небесная и земная.

За каждой всенощной мы все прославляем Его в чудном гимне «Свете Тихий, святыя славы, Бессмертного Отца Небесного, Святаго блаженного, Иисусе Христе». Из нашего сознания уже ускользает, что мы обращаемся к Богу, который «живет в свете неприступном» (1 Тим. 6: 16) и в то же время доступен для каждого благодаря Рождеству Христову. В конце вечерней службы, когда наступает минута благодарной тишины, звучит особое прошение от имени всех молящихся. И в нем ярко отражен смысл всей службы. Церковь с надеждой и доверием просит: «Христе, Свете истинный, просвещаяй всякаго человека, грядущаго в мир, да знаменуется на нас свет Лица Твоего, да в Нем узрим Свет неприступный».

Здесь и восприятие Христа как Света истины, и вера в Его просвещающую силу, и смиренное отношение к самим себе, и просьба оживить наше сердце Его прикосновением, и желание почувствовать в себе свет Его Божественной любви. От нас же Он хочет настойчивого поиска истины и верности на этом пути: «Как лань стремится к потокам воды, так жаждет душа моя Бога живого» (Пс.

41: 2).

Бог создал человека близким, родным Себе по духу. В фундамент человеческой души Он вложил Свой образ, который «помнит» о небесной отчизне. И мы ощущаем присутствие в нас этого образа как внутреннего своего человека, который и призван делать свободный выбор между тьмой и светом, между духовной смертью и жизнью. Поэтому всегда, в меру осознания своей природной («генной») связи с Небом, будем тосковать по Нему.

У одних эта тоска неосознанная и проявляет себя унынием или протестом против существования высшего, духовного измерения бытия. У других она является движущей силой в поисках мира горнего.

Нам дана одна короткая жизнь для поиска и свободного выбора, что положить в основу своего бытия – свет или тьму, дух или плоть, мир горний или дольний. Ощутив однажды в себе голос внутреннего человека, мы начинаем прислушиваться.