1+2: Честная книга о материнстве от мамы двойни

Неонатолог посоветовала со временем пройти курс массажа и почаще выкладывать на живот. У него же, младшего, нашли открытое окошечко в сердце и рекомендовали наблюдаться у кардиолога.

У Микаэля обнаружили усиленный кровоток, ему требовалось периодически измерять давление.

Я записывала эти диагнозы в тетрадку, потому что на память не приходилось полагаться, и одновременно сходила с ума. Как так? Почему из всех многочисленных УЗИ, никто не услышал шумов? Почему не рассказал про тонусы, что они существуют и что вообще это значит?

На вторые сутки в палату пришел доктор с аппаратом УЗИ и проверил сердце Давида.

Я держалась спокойно. «Надо наблюдать», – резюмировал врач. И ушел. Через пару дней неонатолог, попросила кардиолога обследовать сына повторно. Они слышали какие-то шумы, а я видела абсолютно здорового ребенка, правда, немного вялого, аморфного.

Когда УЗИст второй раз осматривал ребенка, я разревелась. «Ну, что вы плачете? Если бы было что-то серьезное, ребенок с вами не лежал.

И вообще, вы действительно больных детей не видели. С вашим малышом все хорошо. Окошки к году закрываются». И он ушел. Ребенок оставался со мной.

Выписка

На выписку я приготовила несколько платьев, из расчета, раз дети выйдут, то и живот уйдет. В реальности я была похожа на хорошо беременную одним малышом, месяце так на восьмом.

Я накупила несколько платьев заранее и попросила их привезти в палату в день выписки. Попробовала примерить, но не влезла ни в одно и до половины из-за объемов живота.

Поэтому пришлось выписываться в единственном «беременном» платье.

Я взяла профессиональный фотоаппарат, и отказалась от местного фотографа, о чем позже сильно пожалела. Потому что у меня два гигабайта миленьких фотографий малышей, моих родителей и всего парочка со мной. Вместо оравы подруг приехала одна, сильно беременная, захотевшая посмотреть своими глазами, как происходит выписка, чтобы учесть все нюансы на своей.

Моя выписка прошла сумбурно и нескладно. Отец торопил домой, начинал накрапывать дождь, мы на ходу до машины сделали пару снимков и уехали. Праздничный момент был испорчен.

Я приехала домой в подавленном состоянии. Мы с мамой раздели малышей и уложили их по кроваткам, распаковали вещи. Дети закряхтели. Я пыталась лежа кормить одного, другой ревел навзрыд: Микуша жадно просил есть. Я уложила второго, взяла орущего.

Мое сердце разрывалось.