Хозяин дома

Анна, как ему показалось, сперва удивилась этому нелепому вопросу, но вскоре опустила глаза и стала серьёзна. Она, как ей самой показалось, кое-что поняла.

– Да, ты права, давай сейчас не будем о личной жизни друг друга, – прервал чуть затянувшееся молчание Формовщиков. – И знаешь, если тебе не хочется смотреть на весь этот мордобой, то я могу тебя понять. И уважаю твой выбор.

Молодой человек поднялся со стула.

– Спасибо за понимание, Дима, – глядя в серо-зелёные глаза парня, тихо проговорила Анна.

 – Но я всё же приду – и «буду на твоей стороне».

V

За несколько лет до описываемых событий

Со временем я стал замечать, что в нашу гостиницу заселяются новые люди – и кое-кто остаётся здесь насовсем. Среди них есть и мужчины, и женщины, но мужчин на первый взгляд всё-таки больше. Близко познакомиться с кем-то из них мне пока что не довелось. Правда, я заметил, что среди них также были те, кто жаловался на провалы в памяти.

* * *

Настоящее время

– Что такое?! Что случилось?! – со всех ног бежала по коридору шестого этажа Варвара Желткова.

Она что есть мочи спешила в номер Безделова, из которого доносились достаточно громкие всхлипывания. По пути ей встретился Серов, который шёл, как ей показалось, как раз оттуда. Друг другу они не сказали, впрочем, ни слова.

– Георгий Константинович, душенька, что стряслось у вас?! – отворила чуть приоткрытую дверь Желткова.

Безделов ничего не отвечал на её вопросы и только, лёжа ногами к двери, продолжал всхлипывать.

На журнальном столике рядом с изголовьем кровати Варвара увидела книгу Антуана де Сент-Экзюпери «Планета Людей». Девушка осторожно подсела на краешек постели, легонько дотронулась своей маленькой ручкой до жирного плеча Безделова и, недолго подождав, вновь спросила:

– Почему вы плачете? Вы что-то плохое в этой книге прочитали? Кто вам её навязал? Этот проповедник-сектант Болотов?

От того, что ещё одна женщина, помимо Антонины Матвеевны, пришла с ним посюсюкаться, пожилой постоялец испытывал своеобразное меланхолическое удовольствие.

Ещё немного повсхлипывав, Георгий Константинович вначале ненадолго затих, а затем чуть приподнялся со своей измятой подушки и заплаканными глазами посмотрел на Желткову.

– Нет, Варварочка, ничего плохого я там не прочитал. И даже совсем наоборот. Там так всё замечательно написано, так человечно, так светло! – и тут у Безделова из глаз снова покатились слёзы.