Хозяин дома

– Колдун? И чем же он так впечатлил тебя? Заморозил кого-то что ли? – Дмитрий лениво ухмыльнулся.

Формовщиков всегда сомневался в существовании так называемых тонких материй. И всё-таки в глубине души он отчаянно надеялся, что они реально существуют.

– Нет, заморозку он мне не демонстрировал, – энергично продолжала Желткова, – но многое другое он умеет. Например, предсказывать будущее. Он рассказывал мне про тебя незадолго до твоего последнего боя.

– В смысле про меня? – Дмитрий резко сменил горизонтальное положение на сидячее.

Теперь ему стало по-настоящему интересно.

– Ты понимаешь, Дима, экстрасенсу не обязательно видеть человека лично, чтобы узнать про него всё.

– И что же он рассказал тебе про меня?

– Он сказал мне дословно следующее: «В одном доме с тобой живёт мужчина, выдающийся боец. Скоро ему предстоит бой, в котором он получит тяжёлую травму. Но достаточно скоро он полностью выздоровеет и вернётся к своему делу. Он снова станет лучшим.

Больше никому не проиграет ни единого боя. Но и он способен на большее».

– На что? На какое «большее»? – Дмитрий удивлённо смотрел на собеседницу широко раскрытыми глазами.

– Он сказал, что в тебе заложены скрытые способности. Какие именно, он не уточнял. Но сказал, что если ты придёшь к нему, то он поможет тебе их раскрыть.

– Что, и замораживать научит? – усмехнулся Формовщиков.

Впрочем, в том, что Дмитрий сейчас пытался выдать за усмешку, скептицизм уже отсутствовал напрочь.

В его голосе звучала скрытая надежда.

Дмитрий задумался. Незадолго до последнего боя, когда Формовщиков в очередной раз примерял свой геройский костюм и вертелся в нём у зеркала, к нему в номер зашёл Драгунский. Выслушав от посетителя привычные, но всё равно неимоверно приятные комплименты (в том числе и по поводу костюма), Дмитрий, шутя, обмолвился, что неплохо было бы ему обладать не только внешним видом своего любимого героя, но и его сверхспособностями – умением замораживать.

На это Драгунским без доли юмора ответил, что такой необычайно сильный духом, да и вообще «редкий, один на миллион» человек, как он, Формовщиков, ещё явно не раскрыл своего бездонного потенциала полностью. Виктор Александрович добавил, что он слышал о людях, которые умели читать чужие мысли, силой мысли двигали предметы, могли видеть будущее и делать многое что другое, «сверхъестественное» (так он выразился).