Стальные сети

 – У тебя серебряная арфа, шёлковые одежды, драгоценные перстни почти на всех на пальцах – неплохо нынче платят трубадурам! Думаю, на самом деле никакой ты приманиваешь доверчивых путников сладкой песенкой и промышляешь грабежом.

– Ты меня раскусила!

Незнакомец попытался её обнять, но Вильма ловко уклонилась, змеёй выскользнув из его рук и весело засмеялась оттого, что юноша выглядел раздосадованным.

– Думаешь, так легко поймать Прекрасную даму?

– Трудная добыча больше ценится!

Он вновь попытался её поймать.

Вильма, быстрая и проворная, как птичка, подхватив длинные юбки, метнулась в тень пролома и мгновенно набросила на себя чары Невидимости. Молодой человек, последовав за ней, застыл в растерянности, внимательно оглядываясь по сторонам, пытаясь сообразить, куда делась беглянка.

Вильма, не шевелясь, старалась дышать как можно тише, чтобы не выдать своего присутствия. Кажется, её затея удалась! Теперь дело за малым: незаметно и неслышно дойти нырнуть в ближайшие заросли диких роз и – прощай, загадочный певец!

Даже обидно, что всё так быстро кончилось…

– Попалась!

Руки, неожиданно сжавшиеся на её плечах, были горячими, пальцы – неожиданно жёсткими.

Чары соскользнули с неё в тот же миг, как незнакомец поймал её.

Вильма изумлённо охнула.

– Нет!

– Да! – довольно засмеялся он, толкая её к широкому стволу вяза, разросшемуся посреди того, что некогда было комнатой. – Я тебя поймал.

– Ты не…

– Не стану извиняться. Обещаю, в итоге мы оба останемся довольны.

Вильма рассержено забилась в его руках, бесполезно пытаясь вырваться.

– Тише, птичка. Не бойся. Я тебя не обижу.

Он держал Вильму крепко, но при этом ни одним движением не причинил боли, даже случайно.

– Всего один поцелуй.

Она замерла в его руках, всем телом, каждой клеточкой чувствуя странный ток и притяжение, что исходило от незнакомца. Шёлк под её ладонями был прохладный и гладкий, мышцы под материей – твёрдыми, как камни. Горячие камни.

– Всего один, – согласилась она, и не двинулась с места, замерев в кольце его рук, с замиранием сердца предвкушая поцелуй.

Его дыхание слабым ветерком коснулось её губ, а потом она ощутила их вкус. Губы незнакомца были гладкими, как шёлк и твёрдыми, как сливовая кожица.

Первое прикосновение напоминало вежливое знакомство. Он был осторожен, как осторожен бывает охотник, опасающийся преждевременной стремительностью спугнуть свою добычу, заставив её сорваться в бега.