Раскрытие скрытого за завесой для сведущих в тайнах сердец

(Коран 2:153)

Шейхи, ставящие достаток над нищетой, используют понятие «достаток» отнюдь не в общеупотребительном смысле. Они имеют в виду не «обретение благ», а «обретение Подателя благ». Ясно, что обретение единения [с Господом] – это совсем не то, что обретение прощения [Божьего].

Шейх Абу Саид – да помилует его Бог! – говорит: «Нищета – это достаток в Боге» (аль-факр хува'ль-гина биллах), то есть непреходящее откровение Истины.

На это я отвечу так: откровение (мукашафат) подразумевает возможность «завесы» (хиджаб), и потому, если человек, которому даровано откровение, заслоняется от откровения атрибутом достатка, он будет либо иметь нужду в откровении, либо нет.

Если он не нуждается в откровении, то высказывание становится абсурдом, а если нуждается, то его нужда несравнима с достатком, поэтому термин «достаток» здесь неуместен.

Кроме того, никто не имеет «достатка в Боге» до тех пор, пока его атрибуты не станут постоянными, а цель – неизменной; достаток несовместим с существованием объекта либо с утверждением атрибутов человеческой природы; следовательно, нужда и бедность – сущностные характеристики смертности и изменчивого бытия.

Тот, чьи атрибуты всё ещё сохраняются, ещё не достаточен, а тот, чьи атрибуты упразднены, вообще не может быть никак поименован.

И потому «человек с достатком – это тот, кто богат Богом» (аль-гани ман агнаху'ллах), поскольку выражение «достаток в Боге» отсылает к тому, кто воздействует (фа'ил), тогда как выражение «богат Богом» обозначает того, на кого воздействуют (маф'ул); первый существует сам по себе, второй существует посредством воздействующего; соответственно «отдельное существование» есть атрибут человеческой натуры, в то время как существование посредством Бога предполагает упразднённость атрибутов.

И потому я, Али ибн Усман аль-Джуллаби, утверждаю, что истинный достаток несовместим с существованием (бака) какого-либо атрибута, поскольку человеческие атрибуты всегда рассматриваются как ущербные и подлежат распаду.

Однако достаток не заключается и в исчезновении этих атрибутов, поскольку нельзя поименовать атрибут, который более не существует, а тот, чьи атрибуты упразднены, не может быть назван ни «бедным», ни «богатым». И потому атрибут достатка не передаётся от Бога к человеку, а атрибут нищеты не передаётся от человека к Богу.