Суккуб для наследника

Дианджело, открывает глаза и смотрит на Николь, щурясь от света.

– До смерти скучно, – капризно тянет он, словно прочитав и соглашаясь с её мыслями.

Затем демонстративно кладёт ноги в пыльных ботинках на безупречно чистый кофейный столик.

Николь всё равно. Это не её дом, не её комната и не её столик. Ей плевать на то, где, куда и как он раскидывает свои ноги. Плевать – и не стоит забывать про это.

Кажется, её молчаливое присутствие начинает оказывать раздражающее действие на блондинчика.

– Ты там что корни, корни пустила? Иди сюда.

Николь отмечает, что ему идёт расхлёстанный вид – идут растрёпанные кудри, лихорадочно блестящие глаза и шальная улыбка.

Там, в клубе, он показался ей другим. Тогда она не почувствовала в нём ничего хищного, но сё же хищность в нём была – лисья, плутовская и злая.

– Присядь, а то устанешь, целый день ещё впереди. Ты оглохла, что ли? – улыбка стекается с его лица. – Я сказал – иди и сядь. Ты моя прислуга и должна слушаться.

Николь пытается сесть в кресло, стоящее через столик от блондинистого наследничка, но тот проворно хватает девушку и тянет на себя.

– Познакомимся поближе? – закидывает руку на спинку дивана, словно обнимает.

Николь чувствует её спиной и шеей.

– Итак тебя зовут Николь, это мы теперь знаем…

– «Мы»? Этим словом в семействе Стрегонж принято обозначать себя любимого? – проявляет Николь сарказм.

Дианджело разворачивается к ней всем корпусом. Он сейчас так близко, что можно ресницы на его глазах пересчитать. Хотя нет, нельзя. Их слишком много. Она пушистые и, кстати, неожиданно тёмные при таких светлых волосах.

Николь где-то когда-то читала, что тёмные брови и ресницы – это признак породы в человеке. Только она в породы не верит даже тогда, когда речь идёт о братьях наших меньших. Селекция путь к вырождению, значит и «породистость» у аристократов хорошего не значит.

– Пытаешься быть дерзкой девчонкой из любимых мелодрам про хороших девочек и плохих мальчиков?

– Я не смотрю мелодрамы. Предпочитаю ужастики.

– «Дневники вампира»? – кривит он губы в улыбке-трещине.

– «Ходячие мертвецы».

– Бойся живых мертвецов! Мой братец наверняка сейчас сказал бы, что ты в обществе одного из них. Хорошо, что его сейчас с нами нет, вместе с его дурацкими замечаниями.