Так становятся звёздами – 2

Откинув голову, полузакрыв глаза, Гаитэ оказалась не в силах сдержать стон.

Вцепившись в воротник его жёсткого бархатного халата, она скользила рукой по его гладкой груди, поджарому и плоскому животу, потом ещё ниже, пока пальцы не коснулись члена, жарко пульсирующего под ладонью.

От её прикосновений Торн задохнулся, тихо роняя:

– Гаитэ…

И когда он овладел ею, Гаитэ задрожала всем телом от взрыва удовольствия.

Она инстинктивно приподнималась ему навстречу, когда он со стоном входил, вонзался в неё, быстро, порывисто и глубоко.

Их губы слились так же, как слились тела, сцеловавывая глухие стоны страсти, разделяя их и тем самым умножая.

Каждый дюйм её тела пылал под его пальцами, горя от наслаждения. Задыхаясь от страсти, они вместе взлетели на вершину блаженства.

А потом лежали рядом, вдвоём, в полутьме. Их тела блестели от испарины.

Но сквозь угли прогоревшей страсти вновь пробивались былые сомнения и страхи.

Глава 7

Сложно быть женщиной, стоящей в шаге от власти.

Гаитэ не терпелось узнать, чем всё закончится, хотелось присутствовать на этих бесконечных «мудрых» собраниях, где мужчины за множеством витиеватых и долгих фраз прятали простые, часто довольно эгоистичные намерения.

Они будто нарочно шли к простой цели окружным путём вместо того, чтобы пройти короткой дорогой.

Но женщинам быть на собраниях, где мужчины играют во власть, не дозволялось. И это правильно. Проще всего сохранять веру в то, чего доподлинно не знаешь. Мол, спи спокойно, прелестная дурочка, отважные мужи справятся со всеми неприятностями – твой дом не сгорит, корова не сдохнет, дети останутся накормлены-напоены, чума в город не придёт.

Как приятно почивать на подобных фантазиях, да чаще всего бывает так, что стоит позволить себе расслабиться, как дом пропит, корова сдохла не кормленая, дети сбежали из дома, чума повсюду.

Но в данной ситуации у Гаитэ не было возможности влиять на ситуацию, делая хоть что-то. Оставалось только ждать. И это самое трудное.

Она больше не пыталась давать мужу советы.

Торн недвусмысленно дал понять, что её место в спальне да за прялкой и, если она хочет мира в собственной семье, следует чётко придерживаться проведённых им границ. Не следовало даже думать о том, чтобы попасть на собрание пэров, утверждающих кандидатуру императора.

Гаитэ не оставляла тревога, причём за обоих братьев разом. Она больше не мучилась моральной дилеммой, как быть и что делать с противоречивыми чувствами, терзающими сердце.