Змея и Ворон

Схватив девушку за подбородок, он заставляет её смотреть себе в глаза и больше не улыбаются, а глаза синие-синие – такой синевы, что взгляда не оторвёшь:

– Клянусь, ты запомнишь моё имя до конца жизни. И не исключено, что она будет куда короче, чем ты рассчитываешь.

Он так резко оттолкнул её от себя, что она пошатнулась.

А потом, не произнеся ни слова, вышел.

Просто взял и вышел, даже не хлопнув дверью и, уж тем более, не оповестив, когда вернётся.

Глава 5

Александра выдохнула.

Просто отлично, когда есть возможность поставить развитие событий на паузу, а то они в последнее время что-то взяли слишком высокий темп. Прислушавшись к себе, она поняла, что свернуться калачиком от отчаяния не испытывает ни малейшего желания; скорее находится на необъяснимом подъёме.

Но она же пленница, которую только что похитили из дома? Разве отчаяние и гнев в её случае не были бы более уместны? Может быть, всё дело в том, что отцовский дом в настоящий момент является пристанищем для тёмных личностей всех мастей и порядка, а здесь, по крайней мере, ей не угрожает нежеланный брак?

Да и этот, как его? – Ворон, – страха не внушал.

Пока было даже интересно. Любопытный парень. А уж красавчик какой?

«У меня, верно, мозги от перерасхода магических единиц перегрелись, раз я думаю про красивые глаза вместо того, чтобы искать способ сбежать».

Александра подошла к двери без особой надежды на то, что та поддастся, но с удивлением поняла, что дверь не заперта.

Открытие почти разочаровало, но «врагу не сдаётся наш гордый Варяг» – вперёд, раз уж путь открыт!

Крадучись, она двинулась вдоль стены к лестнице. Ничего и никого, пусто и тихо. Осторожно вниз по лестнице, ступая очень медленно, чтобы ни одна рассохшаяся половица не скрипнула. Успех! Никто не помешал! Может ли быть так, чтобы враг от усталости и боли утратил бдительность, подумав, что Александра не решится воспользоваться его ошибкой?

До входной двери осталось всего ничего.

От волнения пресеклось дыхание. Дрожащей рукой Александра коснулась дверной ручки, повернула её и…

За дверью стеной стоял туман, хоть бери да ножом режь, прислушиваясь к удручающе-мрачным звукам, доносящимся изнутри белой, клубящейся стены: тоскливый звук цепей, навязчивое капанье воды, невнятный угрожающий гул, источник которого сложно определить – то ли прибой, то ли треск широко разгоревшегося пламени.