Белые паруса

Корабль содержался в безукоризненном порядке. Дисциплина была если и не железной, то поддерживалась на высоком уровне. Команда, сработавшейся за долгие годы плаванья, жила мирно и дружно.

К себе со стороны экипажа Айрис видела лишь уважение и предупредительность. Камеристка и горничная тоже ни разу не пожаловались на какие-либо неудобства.

По мнению Айрис, погода стояла замечательная, но капитан Томпсон всё хмурился. Пару раз за обедом он даже обмолвился о том, как ему не нравится упорство восточного ветра.

– А что с ним не так? – полюбопытствовала Айрис.

– Во-первых, он мешает кораблю лечь на более благоприятный курс. Во-вторых, опасаюсь, как бы в дальнейшем нам не попасть с ним в полосу штиля. Этого может и не произойти, миледи, – поспешил заверить он, заметив, как Айрис недовольно сдвинула брови. – А если произойдёт, то лишь ближе к тропикам. Если к тому времени мы уже успеем войти в экваториальное течение, подобное досадное препятствие не сможет задержать нас в пути.

– Рада это слышать. Полностью полагаюсь на ваши навыки.

Это было правдой. Айрис придерживалась твердых убеждений, что не стоит лезть с указаниями к тем, кто в обсуждаемом вопросе разбирается лучше тебя.

Продвижение вперёд с каждым новым днём, даже часом ощущалось всё явственнее. Теплее становился воздух. Вода в море, поначалу серая, маслянисто-коричневая, светлела. Небо поднималось выше.

Вскоре, чтобы прогуляться по палубе, не нужно было кутаться в тёплую одежду.

Приказав вынести для себя на палубу кресло, устроившись в тени тента, прикрывающего голову от палящих лучей солнца, Айрис погружалась в несвойственное для себя бездеятельное созерцание. Она часами просиживала, любуясь то природой, то людьми, иногда перенося открывающееся ей картины в альбом.

В такие минуты душа её обретала покой. Широта просторов, яркость красок, прозрачный воздух, напоённый солью, приносили умиротворение, и она почти забывала о своей истинной цели.

Казалось, ничто не сможет нарушить приятного однообразия морского путешествия.

Очередной день с утра выдался солнечным и ясным, но ближе к вечеру погода испортилась.

Усиливалась качка: корабль то ложился на левый бок, то медленно поднимался.

У служанок из-за этой болтанки ужесточились приступы морской болезни.