Мишка. О любви к Божьему созданию

Но печенке остался более-менее верен до старости, хотя изредка против нее бунтовал, но в основном бунтовал, если не было печеночного гарнира[1 - Вообще-то чистая печенка – далеко не самая подходящая постоянная еда для кота, и даже в смеси ею не следует злоупотреблять. Нас оправдывал дефицит; к тому же Мишка сам регулировал свое питание – и правильно делал.]. Причем долго лежавшую в морозилке отвергал, и ни о каких крупных запасах речи больше не было. А в тринадцать лет с печенкой было решительно покончено: сверхкалорийная еда – не для пожилого возраста.

Всякие разговоры о том, что котов нужно приучать к «тому, что все едят», выявились на Мишкином примере как несостоятельные. Хороший ветеринар объяснил нам, что если кот не пьет воду (а он до 13 лет ее не пил), то значит, он – чистый хищник и может кормиться только мясопродуктами и рыбой; единственно возможные добавки – немного цветной капусты и зеленого горошка, да и то не часто. А лакомство – яичный желток, но не часто. Еще он примерно раз в год может съесть малюсенький кусочек сыра или полизать с руки сметану, а в другом виде он ее напрочь игнорирует.

В общем – обжора и привереда. Только раз в жизни проявил благородство: с великими трудами вскарабкался ко мне в мансарду с птичкой в зубах, грациозно сложил добычу к моим ногам и отошел, скромно потупившись. Я с перепугу сказала то единственно правильное, что, как я потом выяснила, и нужно говорить: «Сам жри!» Вздохнул с явным облегчением, схватил отвергнутый дар, удалился в угол и потребил за полторы минуты по часам вместе с перьями.

Для слабонервных: только больная птица может позволить коту себя поймать. А если вам, несмотря на это, птичку жалко, то знайте: подавляющее большинство котов, выпадающих из окон в высоких домах, не идиоты и не самоубийцы, а охотники за птицами. Такова месть птичьей породы. Распространенная идея, согласно которой коты лазят по деревьям и едят птичьи яйца, а скорлупки сбрасывают вниз, критики не выдерживает: скорлупки валяются там, где уже вывелись птенцы. Представить же себе кота, аккуратно разбивающего яйцо, сидя на дереве, выше человеческого разумения; до такого взлета воображения могут подняться разве что авторы мультяшек и их постоянные зрители.

Однажды у нас на даче из гнезда под крышей вывалился птенчик-подлет и угнездился в кусте японской айвы, то есть на высоте примерно 60 см. Я сама его в родимое гнездо вернуть не могла и в ожидании того, кто полезет на крышу, положилась на волю Божию.