Психопатология обыденной жизни. О сновидении

Большего я вам сказать не могу, однако ясно, что при утвердительном ответе мне вряд ли может быть приятной мысль о том, что оба раза за чувствами скрывается меркантильный расчет.

Это было вполне понятно даже без выяснения дальнейших подробностей, но я все-таки продолжил расспрашивать.

– Как вышло, что вы ухитрились связать ваши личные дела с текстом «Коринфской невесты»? Неужели у вас тоже, как и в этом стихотворении, имеются различия религиозного характера?

«Где за веру спор,

Там, как ветром сор,

И любовь, и дружба сметены».

Я не угадал, но забавно было наблюдать, как своевременно заданный вопрос открывает собеседнику глаза и побуждает сообщать в ответ что-то такое, что прежде, быть может, и вовсе не приходило ему на ум. Коллега бросил на меня уязвленный, даже негодующий взгляд и негромко произнес следующие строки:

Sieh’ sie an genau!

Morgen ist sie grau[18 - «Присмотрись к ней, / Завтра она поседеет». – Примеч. ред.

Мой коллега преднамеренно изменил содержание и порядок слов в этой цитате. У Гете призрачная дева говорит жениху так:Meine Kette hab’ ich dir gegeben;Deine Locke nehm’ ich mit mir fort.Sieh sie an genau!Morgen bist du grau,Und nur braun erscheinst du wieder dort.(«Цепь мою тебе передала я,Но волос твоих беру я прядь.Ты их видишь цвет?Завтра будешь сед,Русым там лишь явишься опять!»– Ред.). – Примеч. авт.].

– Она несколько старше меня, – прибавил он коротко.

Чтобы не мучить коллегу дольше, я прекратил расспросы. Полученное объяснение показалось мне достаточным. Но удивительно, что попытка прояснить безобидную будто бы ошибку памяти вскрыла столь глубинные обстоятельства личной жизни человека, связанные вдобавок с неприятным аффектом.

* * *

Другой пример забвения части известного стихотворения я заимствую из рассказа К. Г. Юнга[19 - См. статью «О психофизических зависимостях в ассоциативном эксперименте» (том 2 собрания сочинений К.

Г. Юнга). – Примеч. ред.] в авторском изложении.

«Один человек хочет продекламировать известное стихотворение Ein Fichtenbaum steht einsam[20 - Стихотворение Г. Гейне, которое в переводе М. Лермонтова начинается со слов «На севере диком стоит одиноко». – Примеч. ред.]. На строке “И дремлет качаясь…” он безнадежно запинается; слова “И снегом сыпучим покрыта, как ризой, она” совершенно выпадают у него из памяти.