Непобедимая и легендарная

Выставленный в самом узком месте перешейка у села Сальково войсковой заслон под командованием полковника Доставалова из состава исламизированной 38-й запасной пехотной бригады, подчинившейся законам самозваного крымско-татарского Курултая, потребовал полного разоружения «братишек». В случае отказа дорога на полуостров будет для них закрыта. Никто не захочет пускать в свой дом обезумившую от крови и безнаказанности стаю вооруженных бабуинов, единственный смысл жизни которых – грабеж и резня «классовых врагов».

Вот и крымские татары закономерно опасались нашествия «братишек», хотя их заслон был выставлен как раз не против них, а против группы Османова, сведения о которой уже докатились и до Крыма.

Руководство этого крымско-татарского Курултая, объявившего себя Учредительным собранием Крыма, и созданного им правительства, названного Директорией (не путать с Украинской Директорией) справедливо опасалось, что если отряд майора Османова доберется до Севастополя и построит всех там по ранжиру, то идее крымско-татарской государственности придет полный и окончательный кирдык.

Не понимали неразумные, что настоящим «специалистам» их заслон из разжиревших запасников будет на один зубок, а вооруженное сопротивление центральным властям закончится тем, что жители Крыма отправятся туда, куда Макар телят не гонял.

Итак, к тому моменту, как к Новоалексеевке приблизилась группа Османова, «братишки», окопавшиеся в этом многострадальном населенном пункте, резвились уже третий день.

Они даже успели совершить набег на Гениченск за выпивкой и бабами. За это время из их состава исчезло еще около сотни человек. У местных появилась надежда, что все рассосется само собой. Но не рассосалось.

Утром тридцатого ноября по старому стилю спецпоезд Красной Гвардии был остановлен на семафоре начальником маленькой станции Рыково, в тринадцати верстах от Норвоалексеевки. Молва о Красной Гвардии вообще и об отряде Османова в частности докатилась не только до Симферополя, но и до прочих мест, не всегда обозначенных на Генеральной карте бывшей Российской империи.

Потому у местных жителей появилась надежда, что наконец нашлись люди, которые наведут порядок и прекратят царящую в глубинке вакханалию грабежей и насилия.

Командир приданного майору Османову взвода морской пехоты, сержант контрактной службы, считавшийся старшим поезда, немедленно связался по рации с кавалерийской группой.