Непобедимая и легендарная

По сути, соединить, казалось бы, несовместимое – красное и белое – оказалось довольно просто. Едва из большевистской идеологии исчез тезис о расчленении бывшей Российской империи на множество мелких республик, и возобладала сталинская линия на «единую и неделимую» (пусть и Советскую) Россию, большинство офицерского корпуса Русской армии заняло лояльную в отношении новой власти позицию. После заключения почетного Рижского мира лояльность эта укрепилась.

Сыграло свою роль и публичное обращение экс-императора Николая II ко всем своим сторонникам с призывом поддержать правительство Сталина.

По ходу движения по Белоруссии и Украине даже было непонятно, кого больше пристало к соединению полковника Бережного – то ли рабочих отрядов Красной Гвардии, то ли одиночных офицеров и сохранивших дисциплину и управляемость осколков Русской армии. Больше всего это напоминало снежный ком, катящийся с горы. Совсем небольшие пополнения во Пскове, Могилеве и Гомеле, значительные в Чернигове, большие в Киеве, и просто огромные в Одессе. Был среди этих примкнувших к бригаде Бережного и сводный чехословацкий батальон Красной Гвардии, под командованием кавалера двух георгиевских крестов поручика Людвига Свободы.

Эта бесформенная, почти неуправляемая масса и вынудила Фрунзе и Бережного задержаться в Одессе, чтобы заняться организационными вопросами. Из Петрограда они получили распоряжение Председателя Совнаркома о переформировании мехбригады в корпус Красной Гвардии. Состоять он должен был из одной механизированной, одной стрелковой и одной кавалерийской бригады, отряда бронепоездов и нескольких отдельных батальонов.

И сейчас большая часть подразделений формируемого корпуса выстроилась стройными рядами на привокзальной площади, неподалеку от Куликова поля. Торжественно и грозно застыли на подъездных путях бронепоезда. Красные знамена перед строем частей, как и флаг над зданием вокзала, то бессильно повисали мокрыми тряпками, то начинали неистово хлопать под налетающими порывами ветра.

Мощные динамики, установленные на крыше агитвагона штабного поезда, разносили слова песни «Красная Армия всех сильней», в трактовке группы «Любэ»:

Красная гвардия, доблестный флот, непобедимый как наш народ.

Ведь от тайги до британских морей, Русская Армия всех сильней.

Да будет Красная непобедима, на страже Родины родной.

И все должны мы, неудержимо, идти на справедливый бой.

Красная Гвардия марш-марш вперед, Родина-мать нас в бой зовет.