Демоны прошлой жизни

Оформлю опекунство: с бабушкой договориться будет несложно.

– За деньги?

– А хоть бы и так. Пусть парень занимается тем, что любит, а я уж помогу в остальном.

– Мы отвлеклись, а ведь я спрашивал вас, Леонид Владимирович, ссорились ли вы с Кариной?

– Так я уже ответил. Ссорились. По мелочам. Она могла обидеться за неосторожно сказанное мною слово… Ну и я, разумеется, тоже иногда терял терпение. Однажды жду, жду ее. Не приходит. Полчаса жду, час. Набрал номер. Сбросила. Позвонил еще.

На этот раз ответила, что очень занята. А на фоне слышу, как гремит музыка – шансон примитивный. Понял, где она, отправился туда…

– Где она находилась?

– В кафе на рынке. Сидела и пила пиво с армянином, который на Ашимова работает. Подошел к ним и сказал, что она может сидеть здесь и заниматься своими делами хоть всю жизнь, но и меня в ее жизни не будет… Карина обиделась, разумеется.

– И после этого она к вам больше не приходила?

– Да. Я звонил, чтобы извиниться, но…

Уманский замолчал.

Кудеяров молчал тоже, не зная, о чем еще говорить, похоже, что единственный… Даже не единственный, а основной подозреваемый уплывает от него. Но взамен он получил сразу несколько других.

– Знать бы, к кому она шла вчера… – произнес вслух Павел.

– Ко мне. Позвонила и предупредила, чтобы я ждал ее, потому что она хочет сообщить мне нечто очень важное.

– То же самое она сказала Алене Сорокиной.

– Не знаю, но у меня с Аленой нет общих дел.

Это совпадение просто. Важно другое – что мы с Кариной уже месяца полтора не встречались. То есть виделись случайно, но она всегда разворачивалась и быстро уходила, словно боялась…

– А было почему?

– Я тут же, чтобы не бежать следом, набирал ее номер, видел, как она смотрит на контакт вызывающего и сбрасывает вызов. Когда же она наконец отозвалась однажды, то сказала, что не хочет мешать моему счастью.

– Что это означало?

Уманский пожал плечами:

– Не хочу гадать.

Она зачастую делала неверные выводы, особенно когда ей кто-то наговорит всякой ерунды.

– Кто и какой ерунды?

– Не знаю. Но, вероятно, могли сообщить, что ее подруга Алена приходила ко мне одна поздно вечером.

– Это правда?

– Правда, чего ж скрывать? Только она приходила всего раз и с обычной для нее просьбой – просила денег. Только попросила не тысячу или две тысячи рублей, как обычно, а больше.