Девушка вне всяких подозрений

Мобильного при нем не было, но номер второго нашел на его столе под стеклом, где были записаны телефоны директора гаражного городка, электрика, эвакуатора, тягача и прочие… Со вторым сторожем я уже связался: он дома. Я попросил его никуда не выходить и никому не открывать. Подпереть дверь всем, чем можно… Сейчас уже еду к нему.

– А мне что делать?

– Сиди там для связи. Я уже по адресу ГЗ[8 - ГЗ – машина с группой захвата.] направил. Надо же было так лохануться! Ведь как чувствовал, что оба сторожа что-то знают! Надо было сразу брать их, а я утром в отдел торопился.

До начальника РУВД, очевидно, что-то из трубки долетало, потому что, как только Гончаров закончил разговор, он спросил:

– Кто там лоханулся? Какая группа захвата? Вы там что, самодеятельностью занимаетесь?

– Лоханулся подполковник Корнеев, – объяснил Игорь, – а мы сидим на хвосте у похитителей. Корень не знает ничего, ему похитители приказывают – бери деньги, вези их сюда, вези туда… Ему неизвестны ни численность преступной группы, ни кто в нее входит, кто руководит, где они скрываются.

– А вы все это знаете и молчите?

– Так нам приказано было не соваться в их дела. Вот мы и не суемся. Мы сами работаем как умеем.

– Ты больной? – спросил Жаворонков. – Так иди болей! Хотя нет, оставайся. Тебе не привыкать – вы там у себя в отделе все больные… Сегодня же я приду к вам и наведу порядок. Нет, лучше завтра. Что у нас завтра?

– Пятница, – напомнил Гончаров.

– Пошел отсюда! – не выдержал Жаворонков.

 – И если что-то собираетесь предпринимать, то меня предупреждайте, пожалуйста, заранее. И куда вообще Грицай направляется?..

Глава шестая

В понедельник Игорь Дмитриевич приехал на работу чуть раньше обычного, у дежурного взял ключ от кабинета, поднялся и сразу увидел стоящего у стены практиканта. Открыл дверь и махнул рукой парню:

– Заходи!

Тот зашел и остался возле дверей.

– Это кабинет твоего отца, – произнес Гончаров, – здесь все осталось, как при нем было.

Даже фотография президента та же самая. На столе еще была фотография, на которой ты с мамой, но я снимок ей отдал. Как мама, кстати? Я слышал, она секретарем у Корнеева?

– Она уходит в городской суд. Виктор Николаевич в Москву перебирается.

– Про это слышал. Чего стоишь, присаживайся. Может, когда-нибудь этот кабинет будет твоим. На каком факультете учишься?

– На третьем.

– Факультет оперативной работы? Как раз по нашему профилю.