Два раза в одну реку

Райским духом пропахла харчевня «Сосновая шишка»,

Но сегодня не время для флирта и шпажных утех.

Смотрит на мушкетеров хозяйка, хватившая лишку,

И так очи горят, что дымятся мундиры на тех…

– Забавно, – кивнул штабс-капитан и обернулся к парадному крыльцу.

Вдруг дверь отворилась. Из дома выглянул седой человек в наброшенном на плечи английском твидовом пальто. Человек махнул рукой:

– Заходите скорей.

Они зашли в вестибюль.

– Простите меня, Алексей Николаевич, – вздохнул пожилой мужчина, – не уберег.

Кто-то выдал нас. Но у меня есть свой человек в этом их ЧК, который сообщил, что про ваш саквояж никому в их организации доподлинно неизвестно. Вероятно, Урицкий, увидев, какие сокровища оказались в его руках, решил их тайно реквизировать. По крайней мере, он не привозил их на службу и еще не вызывал ювелира для оценки.

– Товарищ Урицкий из вашей квартиры, судя по всему, отправился к себе на Васильевский. А на Дворцовой сегодня появится не раньше полудня – хотелось бы надеяться на это.

Сейчас… – Долгоруков достал серебряные часы, открыл крышку. – Сейчас только десять пятнадцать. Так что есть время перехватить его по дороге. Автомобиль его мне известен. Но не извозчика же нанимать…

– У меня во дворе стоит английский Vauxhall – очень быстрая машина. И шофер хороший имеется.

– Никого не надо, я сам справлюсь.

Юнкера Каннегисера Долгоруков догнал только на Невском, когда тот пересекал Большую Морскую. Сбросив скорость и аккуратно объехав молодого человека, князь остановил автомобиль и помахал вспотевшему от усилий бывшему юнкеру.

Каннегисер, как делал это и прежде, затормозил ногой и все же колесом въехал в заднее крыло автомобиля.

– Простите, господин капи… – начал было извиняться Канненгисер, но осекся, потому что Долгоруков был одет матросом.

Алексей Николаевич вышел из машины и негромко произнес:

– Сегодня не надо никого убивать: лучше будет, если вы отправитесь домой к родителям. Каждый террористический акт должен быть тщательным образом продуман с учетом всяких возможных случайностей.

И в одиночку не стоит на него идти. Вы рискуете быть схваченным.

– Я готов отдать жизнь, чтобы покарать тирана! – заявил молодой человек и оглянулся – не слышал ли кто.

– Не сомневаюсь, а потому готов встретиться с вами сегодня же у вас дома. Мы все обсудим и, возможно, привлечем дополнительных сподвижников.

Каннегисер задумался, а потом посмотрел внимательно на Долгорукова.