Мотылек атакующий

Он уже открыл дверцу машины и через плечо поинтересовался:

– А зачем вам знать?

Маша стала сбивчиво объяснять, что ждала адвоката в суде, где тот должен был представлять ее интересы, но, узнав о беде, с ним случившейся, хочет навестить мужчину в больнице, поддержать.

Полицейский взял с сиденья лежавшую на нем бутылку пива, но не знал, куда ее деть. И сунул в карман куртки.

– Вы сами видите, какая нынче криминогенная ситуация… – вздохнул он.

Маша вернулась в зал судебного заседания и заняла свое место.

– Узнала, в какую больницу доставили адвоката, – шепнула она мужу.

В этот момент давала показания женщина с пышной прической.

– Артем Кущенко учился в нашей школе, я была его классным руководителем. Также являюсь заведующей учебной частью. За годы обучения Артем проявил себя только с положительной стороны. Его отец являлся спонсором школы, он и сейчас нам помогает. Юноша хорошо учился, был хорошим товарищем, побеждал в городских спортивных соревнованиях… Так получилось, что в тот роковой день я случайно оказалась во дворе дома по адресу…

Свидетельница развернула листок, который держала в руке.

– Мы знаем адрес, – остановил ее Сергей. – Лучше сообщите, насколько далеко вы находились от места происшествия?

– Я находилась на расстоянии, но все видела хорошо, несмотря на ограниченные условия видимости, о которых упомянул товарищ из ГИБДД.

– Какая погода стояла в тот октябрьский день?

– Погода была типичной осенней. Небольшой… как бы вам сказать, туман… Видимость была ограничена, потому что лил дождь…

– Ты че, Тортила! – крикнул вдруг обвиняемый.

Свидетельница улыбнулась и поправила прическу.

– Действительно, дождь был с утра, а потом выглянуло солнышко. Вот и началось испарение влаги в виде тумана, который ухудшил видимость. А мальчик сам бросился под машину. Может, конечно, он споткнулся, не знаю…

Свидетельница замолчала.

– Вопросы к свидетелю есть? – спросил судья.

Сергей кивнул и подошел к представительнице народного образования.

– Во что был одет мой сын?

Свидетельница обернулась и посмотрела на адвоката обвиняемого. Но тот не мог подсказать того, чего не знал сам.

– Я, конечно, понимаю ваше горе, сама мать… – залопотала классная руководительница Артема Кущенко.

Женщина явно тянула время. Наконец, догадалась, как следует ответить.

– Мальчик был одет в обычную детскую одежду…

Учительница прищурилась, словно припоминая что-то.