Записки школьного психолога: для родителей

Иногда даже заявляют, что они не быдло. На моё признание, что я намерен вакцинироваться, снисходительно иронизируют, что я послушный, что я безропотно выполняю требования начальства.

Причём эти же самые люди через месяц после таких пафосных заявлений ставят прививку, потому что им предложили искать новую работу в случае отказа от вакцинации. Зачем нужно было перед этим выражать презрение тем, кто добровольно вакцинировался?

Критерии авторитета

Люди, склонные к вызывающему поведению, смотрят на отношения в духе доминирования/подчинения.

Они считают, что возразить кому-то значит возвыситься, а подчиниться – унизиться.

Я считаю, что достойным уважения, «крутым» можно считать поведение, соответствующее 2 критериям:

1. «Круто» – это когда ты чем-то рискуешь.

2. «Круто» – это когда ты отстаиваешь свои интересы.

Исходя из этих 2 критериев, дерзить учителю не «круто». Потому что подросток ничем не рискует в этой ситуации. И в этом для него нет никакой пользы.

Также в отказе прививаться от ковида нет ничего, что было бы поводом для гордости. Люди ничем не рисковали, когда эта вакцинация носила добровольный характер. Отказ от вакцинации достоин уважения лишь в том случае, если человек решил поменять работу, потому что в его нынешней профессии вакцинация обязательна.

Свои интересы

Из двух критериев авторитетного поведения более важен второй: отстаивание своих интересов. Риск сам по себе никакого смысла не имеет.

Всегда более значим вопрос, ради чего я рискую?

В книге Марио Пьюзо «Крестный отец» есть очень показательная история. Вито Корлеоне занимался продажей оливкового масла в Нью-Йорке. Для перевозки масла он содержал небольшой парк грузовиков. После принятия в США «сухого закона» к нему обратились с предложением перевозить на его грузовиках нелегальный алкоголь. Рассуждал в этой ситуации будущий король преступного мира так:

«Осмыслив перспективы, Вито Корлеоне решительно перебросил все свои фургоны с доставки масла на перевозку спиртных напитков.

Его не смутило ни то, что отныне он вступает в противоречие с властью, ни то, что в предложении итальянских контрабандистов лестные условия подкреплялись тщательно замаскированными угрозами. Вито Корлеоне умел уже тогда не принимать угрозу за оскорбление и не переводить разговор на личности. Не стоило обижаться на бестактность, если маячила выгодная сделка.