Улыбающийся святой. Жизнь и чудеса старца Порфирия Кавсокаливита

Любовь к природе, уважение к ней, желание проникнуть в ее тайны свойственны всем святым – ведь отеческое богословие и Предание Православной Церкви учат духу глубочайшего уважения к материальному творению[11 - См.: Митр. Иоанн (Зизиулас). Творение как Евхаристия, 1992.]. Итак, батюшка любил эту собаку, она была его «другом». Как-то в Грецию приехала группа ученых из Америки, которые в сотрудничестве с учеными Афинской больницы должны были сделать некоторые опыты. В качестве подопытного животного они собирались использовать эту собаку, «друга» старца.

В день опыта отца Порфирия не было в больнице. Когда он вернулся вечером, то сразу же пошел в палату, где проводилось исследование. Он открыл холодильник, в котором находилось мертвое животное, посмотрел на него печально и сказал: «Бедняга! Что с тобой сделали!» Тогда, как батюшка сам с изумлением рассказывал, собака, прощаясь с ним, взмахнула хвостом в последний раз. Да, природа преклоняется перед святостью, и естественные законы упраздняются!

В то время директором Афинской больницы был профессор канонического права и пастырского богословия богословского факультета Афинского университета, академик Амилкас Аливазатос.

Этот ученый многое сделал для науки и общества. В то время он по совместительству был председателем больницы «Мандзавинатио» в Ликсурионе. Амилкас Аливазатос, человек строгий и немного своенравный, особенно ценил дух, дары и бесценный пастырский труд отца Порфирия. Он любил и глубоко уважал старца – тот был его духовным отцом.

Как мы знаем из достоверных церковных источников того времени, в своем духовном завещании приснопамятный профессор выразил желание, чтобы его похороны были простыми и в них не участвовали архиереи или другие клирики – только его духовник, отец Порфирий.

Старец духовно и душевно привязался к больнице, которую был поставлен окормлять, и особенно к часовне святого Герасима. Ниже мы приведем примечательный рассказ самого старца, воспроизведенный по аудиозаписи:

“Как-то я сильно повредил левую ногу, сломал большую и малую берцовые кости: щелк – как стекло! Меня положили в больницу, я кричал… Собрались все хирурги во главе с профессором, наложили мне гипс.

Прошло дней десять. Стал я смотреть на ногу и увидел, по благодати Божией, что гипс наложили неправильно. Ну и ну! Я стал молиться. Как я об этом скажу? Поделился с одним младшим врачом, К., человеком приветливым и услужливым, мол, неправильно гипс-то наложили. «Не может быть.