Теория и методология психологии. Постнеклассическая перспектива

Одни психологи приняли методологический плюрализм с?большой радостью и?неподдельным энтузиазмом?– как своего рода «миротворческую» методологию, позволяющую примирить конфликтующие теории и?сохранить все многообразие психологической мысли. Другие встретили его в?штыки?– как размывание оснований психологической науки, порождающее дискомфортное состояние, сопоставимое с?чувством «материя исчезает», некогда распространенным среди естествоиспытателей. Третьи плюрализм приняли, но?весьма критически, с?пониманием того, что примирение психологических теорий (школ, течений и?т.

 д.) не решает, а?лишь порождает главную проблему?– «наведения мостов» между этими теориями и?интеграции психологического знания.

Необходимо подчеркнуть важную особенность психологической науки, кардинальное отличие траектории ее развития от типового пути естественных наук, на?которые она долгое время ориентировалась. Это отличие состоит в?том, что, если естественные науки сначала решают свои базовые методологические проблемы, вырабатывают общеразделяемые основания научного знания, накапливают это знание и?лишь затем находят его практическое применение, то?в психологии, напротив, практика существенно опередила теорию и?методологию.

Психолог?практик стал одним из символов современного «психологизированного» мира, психологическая практика стремительно разрастается, не имея под собой сколь?либо прочных научных оснований. Эта парадоксальная ситуация сама по себе нуждается в?методологиче ском осмыслении, порождая вопросы о?связи психологической науки и?практики, о?том, почему психологическая наука недостаточно практична, а?психологическая практика?– недостаточно «научна» и?др.

Подобные явления породили новые методологические вызовы психологической науке и?заставили громче звучать прежние вызовы, большая часть которых до сих пор остается безответной. Все это, а?также целый ряд других важных событий в?многогранной жизни психологической науки, создает новый социально?методологический фон, на?котором подготовлена эта книга и?который служит для ее авторов главным предметом осмысления.

Еще одним «раздражителем» для ее авторского коллектива послужил специфический, сложившийся за рубежом образ российской психологии, который печально известен любому нашему психологу, состоящему с?зарубежными коллегами в?регулярных контактах. Одна из главных слагаемых этого образа?– представление о?том, что российская психология?– это А.Р. Лурия, Л.С.