Отец Стефан и иже с ним

Отец Стефан обошел двор и около небольшой задней калитки увидел в свете полной луны ведущие в сторону кладбища следы санных полозьев, громадных человеческих ног и собачьих лап.

«Опять я в детектив какой-то попал», – решил отец Стефан. Перекрестился и пошел по четко видным ориентирам.

За кладбищем следы сворачивали влево, к лесопосадке, а за ней маршрут резко уходил вправо, к балке с промерзшим насквозь прудом.

Здесь-то чудо и стало обыкновенной реальностью. На крутом склоне, спускавшемся к водоему, под лунным светом размахивал громадной киркой великан и рубил уголек, пласт которого испокон века выходил здесь из глубины земной.

Сухое лето воду сильно в пруду убавило, а суровая зима ее заморозила, вот и вышел уголек на поверхность.

Рядом с великаном находились громадный пес и большая телега. Лишь подойдя поближе, отец Стефан понял, что это полнолуние превратило Андрея в исполина, приходского Шарика в фантастическую собаку, а небольшие сани во внушительную повозку.

С первым теплом засобирался Андрей.

На вопрос настоятеля «Куда идешь?» махнул рукой в сторону дороги и благословения попросил. Его все прихожане провожали, а некоторые, по секрету скажу, даже у Андрея благословения просили. Тот же мелко их щепотью крестил да раз за разом повторял: «Это, братцы, не беда, а череда смирения».

Экзамен с псевдонимом

Отца Стефана вызвали в епархию, и сам митрополит вручил ему направление на учебу в духовную академию. Выдавая бумагу с большой печатью, увенчанную крестом и заканчивающуюся размашистой, на весь низ страницы архиерейской подписью, владыка лишь добавил:

– Быстро собрать документы и чтобы завтра был в поезде.

Возражения о том, что колокольня не достроена, художник сбежал вместе с авансом, а Сергей Иванович продолжает создавать приходскую оппозицию, во внимание не принимались.

– Не выдумывай, – отрезал любимый владыка и, сменив строгий самодержавный взгляд на более знакомую и привычную улыбку, заключил: – Это же надо, пресс-центр епархиальный возглавляет, все про всех знает, а в академии учиться не желает… Всё.

Разговор окончен. – И, размашисто перекрестив удрученного настоятеля, владыка выпроводил его из кабинета.

На следующий день хмурый отец Стефан возлежал на второй полке купейного вагона и пытался уснуть под равномерный перестук колес скорого поезда.

Не удавалось. Сначала все мысли не выходили за пределы собственного прихода.