Я исповедуюсь за тебя, мама. Пограничное расстройство личности в истории и лицах

– Хорошо, но почему Ася? Зачем ты тогда назвала меня по-другому?

– Я вообще хотела назвать тебя Любой, но мама моя настояла на другом.

И снова странно. Если она хотела Любу, то почему я в итоге стала Асей?

С сестрой, к примеру, было все понятно. Ее звали Няней, потому что она была старшая и на ней весела забота о нас, младших и ненужных матери детях. Пока та зарабатывала на «вас накормить», Няня нянчила нас.

– А вот Мея, почему Мея?

– Андрея – Мея, – улыбнувшись, ответила мама. Ее забавляли наши клички, и она совершенно не понимала того, что ими вытворяла.

Не понимала, что имя для ребенка и человека в целом, это самое приятное слово, с которым он идет рука об руку по жизни. И если ребенка любили, ласково называли, он будет любить свое имя. А если к его имени относились с пренебрежением, грубо называли или, как меня, не называли по имени, то и слово это станет, как проклятье. Именно так у меня и случилось. Я возненавидела свое имя настолько, что при первой возможности избавилась от него, переписав в документах.

– А Пашка почему Босс?

Этот брат, как и его кличка, меня слишком раздражали. Я не могла понять, почему она его так выделяла, что даже кличку дала главенствующую? И ведь он был таким же социопатом, как его отец, и оба они проходили свой путь на зонах, по мне так обычные пешки в руках психопатов, но никак не Шаман и Босс.

Но дать ответ мне на этот вопрос мама точно не могла. Она и сама не знала, что в этих двух асоциальных типах такого, что она присвоила им такие клички. Может быть, они оба умело брали верх над ней, а может, потому что у нее преступность шла под руку с властью? Сложно рассуждать, когда не знаешь, что в голове у этой женщины, которая всегда оставалась для меня загадкой.

– Ну, а Женька-то почему Тима?

– Утенок Тим[7 - Утенок Тим – советский мультфильм (1970г.

Да уж, с фантазией у моей мамы было не плохо! Утенок Тим персонаж из моего детства, и он, видимо, был таким же маленьким непоседой, как наш Тима. Правда, я помню обратное, Тима был единственным, кто не отходил от мамы до подросткового возраста и во всем ее слушался.

Наверное, мне было грех жаловаться, ведь я в отличие от всех моих братьев и сестры называлась человеческим именем. Но я нисколько не радовалась этому.