Бессмертие: мифы и реальность

Но грехопадением своим люди нарушили в себе гармонию, – единство духа, души и тела, – расстроили свое естество. Не стало единства цели, стремления и воли.

Напрасно некоторые желают видеть смысл грехопадения иносказательно, т. е. что грехопадение состояло в физической любви между Адамом и Евой, забывая о том, что Сам Господь им заповедал: «плодитесь и размножайтесь» Моисей ясно повествует, что «Ева согрешила прежде одна, а не вместе с мужем», – говорит Митрополит Филарет. «Как же мог написать Моисей, если бы он написал иносказание, которое здесь найти желают».

Суть грехопадения состояла в том, что прародители, поддавшись искушению, перестали взирать на запрещенный плод, как на предмет заповеди Божией, а стали рассматривать его в предполагаемом отношении к себе, – к своей чувственности и своему сердцу, своему разумению (Ккл. 7, 29), с уклонением от единства истины Божией в многочисленность собственных помыслов, собственных желаний, не сосредоточенных в воле Божией, т. е. с уклонением в похоть.

Похоть же, зачав грех, рождает действительный грех (Иак. 1, 14-15). Ева искушаемая дьяволом, увидела в запрещенном древе не то, что оно есть, но то, чего она сама желает, по известным видам похоти (1 Иоан. 2, 15; Быт. 3, 6). Какие же похоти открылись в душе Евы перед вкушением запрещенного плода? «И увидела жена, что дерево хорошо для пищи», т. е. она предположила некоторый особенный, необыкновенно приятный вкус в плоде запрещенном, – это похоть плоти. «И что оно приятно для глаз», т. е. жене показался более всех красивым плод запрещенный – это похоть очесъ, или страсть к наслаждению. «И вожделенно, потому что дает знание», т. е. жене захотелось изведать того высшего и божественного знания, которое сулил ей искуситель, – это гордость житейская.

Первый грех рождается в чувственности – стремлением к приятным ощущениям, – кроскоши, в сердце, желанием наслаждаться без рассуждения, в разуме – мечтанием кичливого многоведения, и следовательно, проницает все силы естества человеческого.

Расстройство естества человеческого и заключается в том, что грех отклонил или оторвал душу от Духа, и душа, вследствие этого, стала иметь влечение к телу, к плоти и опираться на него, а тело, потерявшее эту возвышающую силу души и как само созданное из «хаоса», стало иметь влечение к чувственности, к похоти, ясно выражены в словах Ап. Павла: «Добраго, которого хочу, не делаю, а злое, которого не хочу, делаю.