Я стану ночным кошмаром

Вера рассказала друзьям о своих неприятностях – что ее сняли с должности, перевели в участковые. Илья вздохнул сочувственно, а Инна возмутилась:

– Скоты какие! А этот твой Миклашевский хорош! Мог бы защитить тебя, ведь…

Вера толкнула Инну под столом ногой. Ей не хотелось, чтобы Илья знал подробности ее отношений с начальством. Цигалова «намек» поняла, покосилась на мужа, но все равно не могла остановиться:

– Заведи себе нормального мужика. Такого, чтоб быть за ним как за каменной стеной, чтобы ничего сама…

Но вдруг посмотрела на Илью и вздохнула:

– Только где такого найдешь?

Илья понял слова жены по-своему и разлил шампанское по бокалам.

Инна наблюдала за его действиями так внимательно, словно тот собирался сделать что-то противозаконное. Потом взяла свой бокал и сказала:

– Наплюй на всех, подруга. А теперь тост.

Цигалова снова покосилась на мужа, а потом громко и с чувством продекламировала:

Какими были мы, такими и остались.

Любуясь красотою наших тел,

Пусть сохнут те, кому мы не достались,

Пусть сдохнут те, кто нас не захотел!

Выпили молча.

Веселее на душе у Веры не стало. Илья тоже произнес какой-то глупый тост – за того, кого Вера встретит в своей жизни, за того, кто ходит сейчас где-то, возможно, совсем неподалеку.

– Где ж его встретить-то? – вздохнула именинница, грустно глядя на подругу.

– А ты оглянись и посмотри получше, – посоветовала Инна без особой уверенности в голосе.

Было не по-семейному, было тоскливо. Праздник не получился.

Праздник – это когда на столе пусто, а душа все равно поет. Праздник – это когда стол ломится от яств, а гостям не до угощений. Когда есть что с интересом обсудить и чему порадоваться вместе.

После ухода гостей Вера убирала в холодильник оставшиеся закуски, мыла посуду и вспомнила свое унижение. Поняла, что Миклашевский ее обманул – через год он не возьмет ее обратно, иначе бы не «продал» Горохову. Хотя… Иван Севастьянович ведь не предлагал ее тому в качестве любовницы, просто согласился, что Горохов проявит инициативу, а он не будет мешать.

Но Цигалова, пожалуй, права: хорошего и порядочного мужика сейчас не найти.

Муж порой проявлял заботу, делал Вере подарки, но так, словно выполнял какую-то обязанность или проводил необходимый для семейной жизни ритуал. А Миклашевский… Впрочем, она никогда не думала о нем как о возможном муже.

Полковник не задавал ей вопросов, о чем думает Вера. Вернее, спрашивал, конечно – по служебным делам.