Я стану ночным кошмаром

Про свое близкое общение с Миклашевским промолчала, разумеется.

– Печально, – вздохнул Владимир. – Теперь придется каблуки сбивать и подошвы стирать. Участок-то не маленький.

– Думаю машину купить, – неожиданно для себя сказала Вера.

Вообще-то у нее и в мыслях такого не было, фраза вырвалась как бы сама собой. Но упрямо продолжила:

– Конечно, недорогую, и то в кредит. На первый взнос наскребу, вероятно. Можете какую-нибудь модель посоветовать?

Владимир обещал подумать.

А Вера вдруг вспомнила.

– Когда я предложила вам быть понятым, вы не сразу согласились.

Мне показалось даже, что вы откажетесь, скажете что-нибудь вроде, что были под судом или…

Она взглянула на своего собеседника и не стала договаривать. А Владимир смотрел на нее пристально, словно изучал. Потом дернул плечом, что могло означать все, что угодно. Однако Вера поняла правильно и спросила:

– А как же тогда удалось открыть предприятие, оказывающее охранные услуги?

Гость усмехнулся. И ответил не сразу.

– Так я не так давно попал под статью.

В квартире одного чиновника мы решили установить скрытое видеонаблюдение, а там уже имелась камера. Вот на меня и попытались повесить незаконное проникновение в жилище. Но, слава богу, все утряслось. Чиновника задержали при получении крупной взятки, и с меня сняли обвинение.

– Я и не сомневалась, что с вами произошло нечто подобное, – кивнула Вера. – Вы не похожи на уголовника.

Владимир опять задумался. Через минуту посмотрел на нее пристально и произнес:

– Хочется быть честным перед вами, потому что мне кажется, не в последний раз видимся…

Гость улыбнулся и снова замолчал.

Поднялся из-за стола, подошел к окну. Выглянул во двор, поправил штору и обернулся к Вере.

– На самом деле я не только находился под судом, но и осужден был. Правда, до места отбывания наказания меня не довезли. Вовремя пришло помилование.

– И какую же статью вам инкриминировали?

Владимир явно размышлял, стоит ли выкладывать и такие подробности. Размышлял достаточно долго и все же ответил на вопрос:

– Не одну.

Двести пятую, двести восьмую, двести девятую и все, с ними связанное.

Вере показалось, что она ослышалась или ее разыгрывают.

– Вы ничего не путаете? – переспросила она. – Вам вменялись терроризм, организация незаконных вооруженных формирований и бандитизм?

Владимир кивнул:

– А также триста пятьдесят четвертая была. Плюс триста пятьдесят шестая, триста пятьдесят девятая и еще несколько.