Опасное течение

Все это время, я наблюдала за ним, боясь нарушить молчание.

Блин, я же знала, что наше общение измениться, если вдруг мы зайдем слишком далеко, как сейчас. Но не думала, что это произойдет так быстро.

Или может я сделала что-то не так и ему все-таки близость со мной не понравилась?

Или может…

Так, стоп! Не проще ли спросить у него самого, чем сейчас забивать и без того переполненную разными мыслями голову?

Женя вернулся ко мне со стаканом воды. Я присела на кровати, прикрывая обнаженную грудь одеялом.

Сделав глоток, поняла, что от сухости у меня заболело горло. Залпом выпила прохладную жидкость, словно провела ночь не в постели с мужчиной, а в жаркой пустыне. Это была самая вкусная вода в моей жизни.

Я поймала себя на мысли, что все произошедшее в этой квартире сегодня, было самым лучшим, что со мной происходило.

С каких пор я стала такой сентиментальной и романтичной?

Я вернулась в реальность и обратила внимание на Женю.

– Что с тобой? – я поставила стакан на тумбочку и посмотрела на него.

 – Почему ты такой напряженный?

Он присел на край кровати рядом со мной.

– Ты не подумай ничего такого… просто…

Он подбирал слова, и меня это насторожило. Сейчас он скажет, что это была ужасная ошибка, и мы не можем продолжать быть друзьями. И вообще кем-либо…

– Боюсь, проснувшись, ты осознаешь, что произошло между нами, и скажешь, что использовал, пока ты была пьяна.

Я с облегчением усмехнулась.

Он переживает…

– И ты подумал об этом только сейчас? Когда уже все произошло?

Он резко посмотрел на меня и заметно напрягся.

Я уже не мгла сдерживать смех.

– Ой, да расслабься ты! Все нормально! Просто обычно эту фразу говорят до того, как все случится.

Он все также был натянут как струна. Мы поменялись ролями. Но, надолго ли?

– Только сейчас понял, что мы сделали, – он сказал это тихо, глядя куда-то в пол.

Я подползла ближе к нему. Мне нужно было видеть его.

– Ты жалеешь?

– Нет, – уверенно сказал Женя. – А ты?

– Ну… я, конечно, прибываю в шоке от всего этого.

Весьма неожиданное окончание вечера. Но, говорить, что я жалею, тоже не буду. Потому что, это не так… – конец фразы я сказала шепотом, боясь громко произносить эти слова.

Он заметно расслабился. И уже с хитрой, привычной для себя улыбкой спросил:

– А как же твои моральные устои, за которые ты мне все уши прожужжала?

Я с размахом опустилась на подушку и вздохнула.

– Они разбились о скалы желания и страсти.

Минутное молчание.