Мы играем в пистолеты. Серия «Город». Книга 2

Простились со всей теплотой и благородством.

– Ишь ты.

– Да не переживайте вы, тёть Тонь. Он совсем чуть-чуть пострадает и успокоится. Вы только напомните ему, что десятого ему на сборы. А то ведь в загул уйдёт и забудет.

– Всю ты душу из парня вынула, – упрекнула она для порядка, а я кивнула и сумку с вещами подхватила.

В общежитии я прожила пару месяцев, мне там не понравилось. Там было шумно, неуютно, попадались абсолютно беспардонные личности, с которыми я не знала, как бороться и договариваться.

Терпела, как мне показалось, долго, а потом пришла к Фае и призналась:

– Я в тупике.

Она на меня посмотрела и идеально выщипанную бровь приподняла:

– Деньги кончились?

– Не в деньгах дело, мне хватает стипендии и процентов, что с отцовских денег получаю. Там немного, но хватает. Куда мне их тратить, деньги эти?

– Действительно. Зачем молодой девушке деньги?

– Ты меня не слушаешь, – обиделась я.

– А зачем? Я и так всё знаю.

– Я ведь не альтруистка.

– Я понимаю.

– Просто нужно двигаться вперёд. В институт я поступила, а дальше что? Пять лет прожить в общежитии, чтобы потом стать учителем английского в школе? У меня совсем другие планы.

– Так следуй этим планам. Какого совета ты от меня ждёшь?

Я сунула в рот конфету.

– Не совета, Фая. А помощи. Есть у меня знакомый, в институте нашем учится, физмат заканчивает, Олюшкин Денис.

Фая фыркнула.

– Дурацкая фамилия.

Я рассмеялась.

– Дурацкая.

– Влюблён?

– Говорит, что да.

Фая внимательнее вгляделась в моё лицо.

– А тебе бы не мешало посетить косметолога. Бледненькая какая-то, под глазами круги.

Я отмахнулась.

– Зубрю.

– Ну, и зубри себе на здоровье, но круги под глазами это не дело. Отдыхать нужно, сон – это лучшее лекарство. И от кругов под глазами, кстати, тоже.

– Я запомню. Так что с Денисом?

– А что с ним? Приводи, оценим.

Денис на самом деле был в меня влюблён. Он смотрел на меня, затаив дыхание, слушал и кивал, что бы я ни говорила, даже если это была откровенная глупость.

Рядом с ним я чувствовала себя царицей, правда. Он и относился ко мне соответствующе. Цветы дарил постоянно, даже после свадьбы не перестал этого делать. Он был милый, мягкий, сердечный, хотя, после свадьбы, то, что казалось мне достоинствами, превратилось в недостатки, и я пришла к выводу, что он скорее слабохарактерный и даже мямля, особенно в отношениях со своими многочисленными родственниками.