Остановите музыку

Вот ей он брюллики и покупает, а тебе что подешевле.

Нина, сидевшая в углу и молча слушавшая болтовню стриптизёрш, встретилась глазами с одной из них, Гретой, и обменялась с ней понимающей улыбкой. Грета была самой старшей среди девушек, опытной во всех вопросах, и зачастую играла роль рефери. Если необходимо, давала совет более неразумным и сомневающимся, других по углам разводила, когда ссора начиналась, а то и прикрикнуть могла. И вот если бы Пашка её высказывания услышал, точно бы пятнами пошёл и почувствовал себя оскорблённым в своих лучших чувствах.

Интеллигент фигов, с праведной злостью подумала Нина.

Девушка, которой Рита, разухабистая рыжеволосая особа, высказывала своё «фи» по поводу её нового ухажёра, повернулась, совершенно не стесняясь того, что стояла без бюстгальтера, и высокомерно заявила:

– Уж не дурее других. И нечего мне советы давать. Нашлась мамочка.

– Какая я тебе мамочка? – взвилась Рита, всерьёз оскорбившись. Она вообще всегда очень остро реагировала на любой намёк на свой возраст.

Что Нину, например, удивляло. Как она к Рите не присматривалась, больше двадцати пяти ей дать было нельзя. Или для стриптиза это старость? Тогда она уже точно старушка, никому ненужная. И что Жаба к ней пристаёт? Ей через четыре месяца двадцать семь.

– Как вы все достали! – повысила голос Грета и добавила ещё кое-что, от души.

Нина брови вздёрнула, услышав новое для себя выражение, потом фыркнула от смеха. А Грета, довольная тем, что спорившиеся разошлись в разные стороны и замолкли, присела рядом с Ниной.

– Достали меня, дуры крашенные, – проговорила она тихо, только для Нины. – Понаберут деревенщин, не знаешь, на каком языке с ними разговаривать. Витя спятил совсем.

Нина локтем её толкнула.

– Тише ты.

Грета отмахнулась, потом потянулась за сигаретами.

– Ну и чего у тебя?

– Да ничего, всё как всегда.

– Спятила ты тоже совсем. – Посмотрела с сомнением, затем предложила: – Давай я тебе денег дам? Отдашь, когда сможешь.

– Не надо. Я ведь не знаю, когда смогу.

Гретка развернулась к ней лицом, пристроив локоть на спинке дивана. Дым в сторону выдохнула.

– Ты неправильно с ним разговариваешь. Надо было взять его за яйца, лицом к ребёнку развернуть и сказать: ты, вражина, что же творишь? Твой ребёнок есть не должен из-за того, что ты в Москве задницей крутишь?

– Грета, ты говоришь, как Витя.

Она в некоторой досаде разогнала сигаретный дым рукой.