В суете прошлых дней

А вот я, а вот я готова всех научить, всем рассказать, и, вообще, я к своим годам в жизни столько всего прошла!.. И уж точно понимаю, в отличие от сестры, что не хочу жить так, как живет наша мать. Бесконечно чего-то ждать и соглашаться на всё, что ни предложат.

– Ты же хотела в Нижний уехать, – напомнила я. – Ты же мне говорила, Даш.

Сестра на меня посмотрела, насмешливо.

– Юлька, не будь глупой. Куда я поеду, к кому? А здесь всё привычно. Главное, устроиться, как надо.

– А ты устроилась?

Дашка важно кивнула.

– Да. Сережка у меня хороший, домашний. Сейчас учиться пойдет на сварщика. Сварщики-то всегда нужны. И жильё у него есть, пусть родительское, но целый дом с огородом. Всё у нас будет хорошо, – уверенно закончила она.

Я сидела рядом с ней и мотала ногой. Дашка заметила, что я нервничаю, и толкнула меня локтем в бок.

– Чего ты?

– Мамка нового хахаля привела. Они уже даже заявление подали.

Дашка в первый момент нахмурилась, а потом, видимо, решила, что её это больше не касается, и усмехнулась.

– Вот видишь, две свадьбы будет.

Радости мне её слова не добавили.

Дашка вышла замуж тем же летом, ещё будучи несовершеннолетней. Конечно, соседи от души посудачили, и повод был. Оказалось, что сестра беременная. Я сама слышала, как кумушки на лавке её обсуждали.

– А чего ещё ждать? С такой-то матерью? Яблоко от яблони недалеко падает.

– Скоро ещё одна подрастет, новая карусель начнется, – поддакнул кто-то со злой насмешкой, а я с грохотом закрыла окно.

Понимать, что никто вокруг в тебя не верит и ничего хорошего от тебя не ждёт, довольно тяжело. Поневоле, со временем, начинаешь соответствовать ожиданиям окружающих, потому что шанса на другую жизнь тебе никто не дает, а если ты пытаешься, то натыкаешься лишь на непонимание и неуважение. И в свои тринадцать-четырнадцать-пятнадцать лет я горячо клялась самой себе, что никогда не буду такой, как мама. Никогда не буду давать людям поводов для сплетен. Я вырасту и стану совсем другой.

– Меня будут ставить в пример! – как-то выкрикнула я матери в сердцах, а отчим, не помню уже, который из них, от души расхохотался над моим возмущением и надеждами.

А потом… потом я познакомилась с Васькой. Точнее, я и до этого была с ним знакома, а вот он со мной нет. Они с Дашкой учились в одном классе, и я прекрасно знала, кто он, как его зовут, чей он сын, и что такие, как я, ему совсем не пара.