Закон подлости

Я говорю об отношениях Стаса с девушками. Он редко приводил девушек в дом, но это не значит, что я мало знаю о его отношениях и романах. И я ничего не имею против вас. Вы мне даже нравитесь. Мне нравится ваша серьёзность, по крайней мере, в том плане, что относится к вашей работе. Стас говорил, что вы самостоятельно поступили в институт, работали и учились, выживали в большом городе, можно сказать, что без посторонней помощи, всё это достойно похвалы. Но, к сожалению, Маша, в семейной жизни подобное упорство вам поможет мало.

И я хочу, чтобы вы это понимали.

– Мы со Стасом обсуждали…

– Вы со Стасом слишком молоды. Я вышла замуж раньше вас, и прекрасно помню, какой наивной была. Но в то же время у меня была единственная цель: сохранить семью. У меня был ребёнок на руках, перед глазами пример родителей, воспитывавших маленького сына, и муж был… – Она неловко замолчала, красноречиво поджала губы. – Маша, я знаю, что такое мужчина в возрасте Стаса, связанный браком. А он не нагулявшийся, легко увлекающийся, полный жизни и желаний.

И с возможностями эти желания реализовывать. Это очень большое искушение. И женщине рядом с ним придётся приложить много усилий, чтобы сохранить семью. Вы к этому готовы?

– Стас меня любит, Анна Александровна.

– Маша, вы ведь читали ту статью? Вы список видели? Что самое примечательное, Стас любил каждую из этих девушек. Он у меня мальчик открытый и искренний. Но сейчас он подошёл к тому возрасту, когда пришло время задумываться о создании семьи.

И я не собираюсь оспаривать его решение, если он вас любит, то это замечательно. Вы хотите пожениться, я готова за вас порадоваться.

Маша облизала губы, кивнула.

– Но вы проявляете беспокойство, – сказала она, чтобы хоть что-то сказать.

– Всё правильно, я проявляю беспокойство. И я надеюсь, что я не ошиблась в вас, и вы воспримите моё беспокойство как должное.

– Да, конечно.

– Это очень хорошо. К тому же, у вас со Стасом разница… в восприятии мира. У вас изначально были разные возможности, материальная база, вы даже воспитывались в разных реальностях.

И это не может не наложить отпечатка.

– Мои родители…

– Я всё знаю о ваших родителях, Маша.

Она вскинула на неё глаза. А Анна Александровна кивнула.

– Да. Но я не считаю это критическим фактором.

Но считает лично её, Машиной, ошибкой. Вот ведь… Как там Харламов говорил: улыбайся, даже если проигрываешь? Как раз подходящий момент, улыбнуться и сбежать.