Настроение: со льдом!

Но найти что-то глубокое, способное зацепить меня за живое, за самую душу, никак не получается. Хочется искренних чувств и теплоты, желания видеть и общаться с человеком каждый день, а такого со мной почему-то не случается. Проходит некоторое время, и мне хочется убежать, спрятаться и не отвечать на звонки. И я перестаю на них отвечать, теряя тем самым людей, им надоедает подстраиваться под меня, под моё настроение, и они исчезают. А я, признаться, вздыхаю с облегчением, хотя, и понимаю, что не права.

У меня было несколько романов, пока я проживала за границей, но я каждый раз останавливала себя, понимая, что не готова принять окончательное решение, и пойти в отношениях дальше, ведь возникала четкая перспектива остаться в Европе навсегда.

Выйти замуж, хотя бы попробовать, возможно, родить ребёнка. И тогда бы пути назад, домой, не было. А домой меня тянуло. Где бы я ни была, и сколько бы ни отсутствовала, я всегда знала, что у меня есть дом. И вернуться надлежит туда, там ведь ждут.

Сама себя обманывала, потому что после бабушкиной смерти, меня никто особо не ждал. У моих родственников свои семьи, свои заботы, они давно привыкли к тому, что я далеко. Всегда отсутствую, и что у меня всё хорошо. Никто не ждал, что я захочу вернуться. И родители одними из первых моему решению удивились, но спорить не стали. Отец лишь сказал:

– Тебе лучше знать. Делай, как считаешь нужным.

Он всегда так говорил. По крайней мере, мне. В отношении Ляли таких неопределённых фраз никогда не произносилось.

Её судьба и её планы всегда тщательно родителями обсуждались, я же со своими обязана была разбираться сама.

Очередная детская обида всколыхнулась в душе, и я поспешила сделать глубокий вдох, чтобы заставить внезапное возмущение улечься. Обычно помогало. Вдох, ещё вдох.

Впереди была ещё половина выходного дня, но заняться было совершенно нечем. Стыдно признаться, но с подругами у меня как-то не складывалось. Все годы работы я слишком часто переезжала, чтобы заводить долгие дружеские отношения.

У меня было огромное количество знакомых и приятелей, обоих полов, с некоторыми мы созванивались, переписывались, поздравляли друг друга с праздниками, общались по видеосвязи, но друзей, которым я могла бы позвонить среди ночи, чтобы пожаловаться или выговориться, у меня не было. А вернувшись в родной город после пяти лет отсутствия, надеяться на восстановление прежних дружеских отношений, тоже не приходилось.