Проклятие рода Кенигсгейлов

Заметив, что струпья с малышки исчезли, и она, расслабив затекшие от болезни мышцы, сладко спит, женщина упала передо мной на колени и целовала подол платья.

– Вы моя спасительница… мое спасение, мое благословение! Ответ на молитвы. Они говорили не молиться, запрещали. Но я украдкой нарушала запрет и Отец Заступник послал нам вас… он не оставил, я знала.

– Поднимитесь, – повелела я, не желая принимать благодарность в такой форме. – О чем вы говорите? Почему в доме нет икон Отца Заступника? Кто запретил вам молиться?

– Его величество… На днях была королевская стража.

Они вытащили из домов все иконы и сожгли на костре в центре селения, запретив отныне поклоняться Отцу Заступнику и объявив Религию светлой истины вне закона. Отныне нам разрешено молиться только лорду Нижнего мира и инфанту Азралу.

– Что? – гневно вскрикнула я.

Женщина, заметив мой гнев, упала на колени и снова принялась целовать подол моего платья. Мягко отобрав свои юбки, я присела, чтобы оказаться наравне с плачущей. Заглянув в ее карие глаза, уставшие от бесконечных мук, голода и страданий, тихо произнесла:

– Нет, не было и не будет во Всеславии иного бога, кроме Отца Заступника.

И никогда, слышите меня, никогда род Кенигсгейлов не повелит молиться отступникам. Верните иконы, верьте в свет и истину. Отныне ваше селение под королевской защитой. Я оставлю на воротах магический знак. Больше вас не посмеют тронуть.

Пока селянка не осознала произошедшего, и кто находился в маленькой комнатке забытой деревеньки, я выпрямилась и, расправив плечи, быстрым шагом направилась к карете.

Успокоиться смогла только на полпути в Ридан. Что же творится в моем королевстве? С каких пор из оплота Религии Светлой истины мы превратились в поборников лорда Нижнего мира? Отец никогда в жизни не стал бы поклоняться инфанту Инзраина и не позволил бы этого своим подданным. С ним испокон веков ведется война, как нами, так и всеми дружественными странами. Мне следует поторопиться. Неизвестно, какие сюрпризы поджидают в родовом замке.

Впрочем, как следует осознать произошедшее мне не удалось, поскольку через час пути карета остановилась.

– Не выходите, Ваша светлость.

Я приказала обращаться ко мне именно так. Будто я обычная аристократка. Когда станет известно о моем статусе, жизнь окажется в страшной опасности и ни к чему рисковать еще больше, раз уж я по глупости решила отправиться в Ардлис без надлежащего сопровождения.

Тревога легла на грудь тяжелым камнем.