Упыриная наука. Дилогия

Она ушла, просто закрыв дверь, а я кинула ей вслед что-то обидное. Чувствую себя просто омерзительно! – у, говорил уже здоровый эгоизм, что означало о возвращении в реальный мир. Ее мучило не то, что княжна не дожила до своего первенца и внуков, а то, что она наговорила сестре. То, что она будет жить с чувством вины. Вампиры совсем как все. Но говорить Лукреции подобное я не решилась бы, будучи даже самоубийцей, ведь вампир в гневе – страшное зрелище, я на картинках видела, – опомнившись, я кинулась за ней, без труда найдя ее следы.

Но опоздала. Ты пыталась спасти ее, а дальше….

– А почему Банда Волка убила ее?

– Чтобы заставить меня выполнить мою услугу. Они давно грозились, что я поплачусь,… поплатилась, – она горестно развела руками, – не думаю, что это из-за ее титула. Нет. Наверняка они даже не помышляли, что она княжна…

– Что была за услуга? Что они потребовали?

– Они потребовали отдать дом. Наш дом. Наше фамильное поместье, передаваемое от матери к дочери вот уже семь поколений подряд.

Ты представить не можешь, какая это история! Я говорила им, что это невыполнимая услуга, что это нечестно. А они апеллировали договором. Тем, что я обещала отработать долг оказанием услуги. И все законно. Обращаться в суд… сама понимаешь – это бессмысленно и опасно для репутации. Теперь, правда, только моей.

– Да… – протянула я, – до недавнего времени полагала, что только я могу встрять в подобные ситуации…

– Где ты остановилась? – она резко сменила тему, видимо, решив оторваться ненадолго от прошлого.

– Предлагаешь мне свое славное фамильное жилище с бандитской репутацией? – усмехнулась я, – Если да, то… я согласна. Лучше, чем ничего. И, раз уж не спасла сестру твою, попробую тебе помочь.

Она по-детски улыбнулась, но глаза ее остались тяжелыми и невообразимо печальными со слишком взрослым выражением, застывшим в них.

– Луки, – мягко произнесла фея, – позволь один совет. Не живи прошлым, не вини себя, поскольку этим ты ничего не сможешь изменить.

Ты должна жить, храня в сердце тепло своей сестры и помнить, что она любила тебя и любит. Она с тобой. Те, кого мы любим, всегда с нами – в наших воспоминаниях, в наших словах и поведении. В нашем сердце, в каждом его ударе. Я знаю, словами ее не вернешь, но страданиями тоже. Поверь, она бы не хотела твоих страданий, – фея моя – лучший лекарь. И души, и тела. Маленькая чаровница присела на плечо Лукреции и погладила ее по щеке.