Обраслечена поневоле, или Чешуйчатая подстава

Выскочила на улицу и, пыхтя от негодования, прокричала прямо под окнами Гардиана (во всяком случае, мне показалось, что окна должны быть где-то здесь):

? Садист!!!

Пусть знает, что я о нем невысокого мнения. Ему, конечно, волосато, зато мне легче.

– Изверг! Деградант!

Местные жители проходили мимо, делая вид, что внезапно оглохли, увлечены пейзажем, ласточками, черными угольками, вспарывающими лазурь неба, ромашками, колышущимися на ветру, да чем угодно, только не сырой, взбешенной и встрепанной мной, обернутой в занавеску.

? Ненавиж-ж-жу!!! – прорычала (или вернее сказать, прожужжала), топая голыми пятками по траве. Хорошо хоть вечер теплый и мне не грозит простыть.

Неужели он не выйдет на балкон, не извинится, и не попросит меня вернуться? Прийти самой не позволяла гордость, в конце-то концов, я не уличная оборванка, я леди! Со мной нельзя так обращаться! Да даже если и не леди – человек! Живое существо с чувствами и душой!

– Изверг!

? Повторяешься! – донесся с балкона глухой голос.

Еще и подслушивает?!

Бешенство кипело во мне и разве что паром из ушей не валило.

Ладно, допустим, я сама выбежала и на улицу меня никто не гнал. Хотя, почему это не гнал? Сам сказал – вперед на выход.

Словно у меня есть возможность уйти! Впрочем…

Я внезапно перестала яриться и осмотрелась. Сад. Дорожки. А дорожки всегда ведут либо к входу, либо к выходу. Бывала я в куда худших ситуациях. Подумаешь, на мне только занавеска! Зато дар никуда не делся…

Расправила плечи и с гордо поднятой головой пошла в противоположную от замка сторону.

Знаю, клятва не позволит мне сбежать, но хотя бы узнаю границы дозволенного расстояния, и потреплю кое-кому нервы. Исключительно ради вразумления и возможности установить разумный диалог. Еще прибежит как миленький, готовый договариваться!

? Невестушка! – Гардиан облокотился о перила балкона и склонил голову на бок.

Невестушка?! Еще бы девицей меня назвал! Хоть бы имя у ненаглядной спросил!

С разных сторон послышались восхищенные женские вздохи.

Я и сама обернулась посмотреть, что так привлекло местных дамочек, облюбовавших лавочки под окнами моего жениха.

Повернулась и застыла. Он вышел по пояс обнаженный, а по голому торсу, обласканному багровыми лучами солнца, стекали крупные капли. Они сияющими бриллиантами перекатывались по мышцам груди, бугоркам пресса и тонули в плотной резинке домашних брюк. И это все – мое?! Поймала себя на том, что вздыхаю наравне с другими девицами.