Искра. Судьбе вопреки

– Танар? На факультатив? В школе?

– Он, правда, изменился, ты не поверишь! Итан с ребятами пытались его достать, разозлить, но ему и дела не было! Он не повелся на провокации, сказал лишь, если Итану хочется выяснять отношения, то он должен бросить ему вызов. Как мужчина мужчине. А на брехню пустынных мертвоедов он отвечать не станет.

– Ого. И?

– Да ладно тебе. Итан никогда на это не пойдет! Он зассал! В смысле, – стушевавшись под моим недовольным взглядом, сестренка поправилась. – Струсил, конечно.

– Так ли и задохлика?

– А чем я хуже Тана? Если он за голову взялся, то и мне стоит. Отныне никакого Итана! Мне не нужны такие трусливые парни, которые пытаются добиться своего подлостью и отцовским авторитетом. К тому же, я ему совсем не интересна.

– И слава тебе боженька! – я усмехнулась, потому что этот лицемерный блондин мне никогда не нравился.

– Кстати, Ланни.

– О чем это ты?

– Новости-то проверяй иногда! Сейчас скину тебе ролик с ноосферы, – она мазнула пальцами по планшету и негромкий бульк возвестил о входящем сообщении. – Я конечно всегда за тебя и все такое, но ты это серьезно? Мой голос, если что, за правящего!

– Боюсь, что не понимаю, о чем ты.

– Ладно, ты сама разберешься, а мне пора! Лисмен Эколоджи-ик! – пропела сестричка и отключилась.

Ох, чувствовала моя печенка, а вместе с ней селезенка и другие органы, что ничего хорошего обо мне в новостях не скажут, но все равно открыла файл.

Бессменная и уже начинает казаться, что незаслуженно бессмертная Аландри Деморти смотрела прямо на меня своими льдистыми глазами и плотоядно улыбалась:

– Заскучали? Это вы зря. Любимица публики, фета Сайонелл-Аллевойская снова радует нас пикантными подробностями своей жизни! Недавно она была любовницей Венероликого, затем участницей опекунского скандала, а сегодня мы получили снимки того, как именно фет Ронхарский делает из нее солистку в запасе.

На экране фотографии, как Макс обнимает меня, на других фотографиях – целует. Много, очень много фотографий. Такое чувство, что мы ничем другим на репетиции не занимались. Снимали из-за двери, и у меня даже сомнения не возникло, кто автор снимков. Играла романтичная музыка из постановки «Взрослые тоже верят в сказки» и по монитору плавали сердечки и напомаженные красные губки.