Надя Князева решает остаться

– Это же запрещено! – выкрикнула девица со второго ряда ступенек.

– Запрещено, – согласился ох Томсон. – Но только адептам, потому что у вас еще мозгов маловато понять, с кем можно заключать договора и на каких условиях. Кроме того, не ко всем знаниям можно давать доступ демонам. По этой причине все симбиозы – строго после прохождения итоговой практики.

«Так что, арьяти, выходит, ваш брат не стыдится якшаться с охотниками?»

«Стандартная практика. Многие, кстати, знать не знают, что являются симбионтами.

«Это что за зверь?»

«Демон жалости. Месяцев через пять найдете адепта повешенным. Ну, или наестся чего».

«Твое второе имя – жопа, арьяти! Нельзя таким быть! Выкладывай, как литулю из него вытряхнуть?»

Но арьяти замолчал и сотрудничать отказался. Я же четко решила, что после пары обязательно подойду к пареньку, кажется, его Ирсом зовут. Есть о чем побеседовать. Будут мне тут демоны группу уничтожать! Нас, охотников, и так осталось мало.

Оценив свой боевой настрой, решила, что Дорфин мне все больше нравится. А что? На Земле кроме приемных родителей меня никто и не ждет. Да и те уже закопали, наверное. Так что будем оставаться, устраиваться поудобнее и жить с огоньком!

– Но симбиоз с латори опасен. Со временем демон доводит оболочку до истощения. Когда это происходит – носитель умирает с улыбкой на губах. Характерным признаком смерти от истощения латори является покраснение в области гениталий.

Пф! Я могу навскидку с десяток причин красноты в области гениталий назвать, не связанных ни с какими демонами.

– А какие-нибудь, более убедительные доказательства?

– Ожоги на сердце. Именно в сердце и селится латори. Это выясняется лишь при вскрытии.

В этот момент в аудитории неожиданно потемнело. Нет, верхний свет по-прежнему горел, а вот окна…

– Аблики ушастые! – струхнула я, едва удержавшись от крестного знамения.

Стены зашевелились и медленно пожирали окна и двери.

– Сохраняем спокойствие, – объявил ох Томсон, усаживаясь за стол. – Скоро услышим объявление из деканата.

Упомянутого объявления ждала со страхом, наблюдая, как стены уверенно съедают входы и выходы из аудитории. Ребята, судя по лицам, к такому тоже не привыкли. Комната без окон и дверей как-то саркофагом попахивала. Прямо кошмар клаустрофоба. А потом я вспомнила вводную лекцию на первом курсе Эвон. Это тоже симбиоз.