Вне отбора: алые небеса

– Что такое?! – спросила внушительную грудь распорядительницы. Не то, чтобы я обращалась к ней, просто меня вдавили в стену самым интересным местом леди Амфросии.

– Вы… вас не разорвало на кусочки! – возмутилась женщина.

– А могло? – спросила с тем же удивлением, глянув на безобидную цветочную арку. И этот кровожадный монстр разрывает на части невинных дев?!

– Для прислуги выделен соседний проход, вы, разве, меня не слушали?!

– Нет, – призналась откровенно.

Распорядительница смотрела оторопело, продолжая прижимать меня к стене пышными телесами.

Нет, дама-то она ладная, без лишнего, но природа наградила ее щедро, особенно в местах самых значительных.

– Если вы меня не отпустите, я задохнусь, – прохрипела, силясь вдохнуть.

Леди Амфросия выпустила меня из цепкой хватки и смерила раздраженным взглядом.

– Леди Лекардия, я настоятельно советую провести воспитательную беседу с прислугой. Нам не нужны эксцессы в первый же день отбора!

– Разумеется, леди Амфросия.

Такого больше не повторится, – жестко отчеканила Лека, пришпилив меня таким взглядом, что впору собирать чемоданы и подыскивать домик в какой-нибудь заброшенной деревне.

В крыле невест я держала ухо востро и больше не отвлекалась. Как-то неосмотрительно комнаты девушек располагались в одном месте. Услышав стук каблуков, они высовывали головы из апартаментов, провожая нас оценивающими взглядами.

– Скандалы, интриги, тем более – членовредительство, категорически запрещены, – взгляд генеральши, то есть распорядительницы снова прошелся по мне, словно я к груди не сумку, а кинжал прижимала, подыскивая жертву для скандалов, интриг и членовредительства.

 – Принц принял решение не исключать участниц, которые пройдут завтрашний отсев, до конца отбора, однако вопиющие случаи будут рассматриваться в индивидуальном порядке.

– Леди Амфросия, а почему вы на меня так страшно смотрите? – не выдержала, наконец.

– Понять не могу, почему тебя не расплющило, – она остановилась возле двери в самом конце коридора и опустила тяжелую ладонь на изящную ручку в форме лепестка ириса.

– Моя матушка владела магией. Должно быть, передалось по наследству.

Леди Амфросия просканировала меня пристальным взглядом и остановилась на запястьях. Рукава задрались, обнажая белые отметины от асов на загорелой коже.

– М-гм, – хмуро заметила она и кивнула грозовой туче по имени леди Лекардия.