Вне отбора: алые небеса

Лорд Адельвейт скрестил руки на груди и поднял бровь.

– Собачку?

– Сама ты собачка! – сказала, собственно, собачка и, недовольно потянувшись всем могучим телом, растопырив при этом крылья, вскочила на лапы. – Неуклюжая какая, ы-ы… А страшненькая!

Ик! Я страшненькая?! Себя-то видел?

– Кожа да кости! Тебя что, хозяева не кормят?

– Ко-кормят, – произнесла оторопело, переводя взгляд с красных сверкающих глаз царга на лорда Адельвейта, который бровями больше не играл. Он их хмурил.

– Вы с кем разговариваете?

– Простите, лорд Адельвейт, – осторожно поднялась и, расправив подол платья, пустилась в объяснения.

 – Царг не дышал. У него не билось сердце. Ну и, я подумала, что ему… ему… – опустила взгляд, понимая глупость ситуации. Царг ничуть не помогал, эта псина откровенно хихикала.

– Ну ты, косточка, даешь! Не дышал! Сердце не билось! Спасите-помогите, кошмар!

Хлопая крыльями, царг надо мной потешался, но зрелище выглядело жутковато.

– Вы хотели сделать царгу искусственное дыхание? – губы лорда подрагивали, но он еще стойко держался, в отличие от животного.

Тот свалился на бок и похрюкивал. – Эйс, нехорошо потешаться над девушкой! Она хотела тебе помочь!

– Ой помогла, ну помогла, – хихикала псина.

– Да будет вам известно, царги – магические существа. Они не дышат. Их сердца не бьются. Более того, они питаются исключительно магией.

При слове «питаются» у Эйса отключился смех. Подняв голову, он принюхался и, хищно сузив глаза, протянул:

– А ты, косточка, сла-адко пахнешь! Сколько лент? Десять? Тринадцать? Вку-усненько!

– Ты чего задумал, нахал! – воскликнула, отступив на шаг.

– Простите? – переспросил лорд Галард, который, кажется, принял на свой счет.

И тут я поняла странную вещь. Эйса лорд Галард не слышит. А вот я – слышу.

– Ваш царг смотрит на меня… недружелюбно.

– Это царг его высочества. Но вернемся к сути. Что вы делаете здесь в такое время?

Осмотрелась и вымолвила со всей учтивостью:

– Книжки читаю, лорд Адельвейт.

– Удивительно. Как я сам не догадался? – сыронизировали в ответ. – О запретной магии?

– Женское любопытство, – улыбнулась и пожала плечами.

– А два сигнальных заклинания вы деактивировали тоже из любопытства?

– Очень почитать хотелось, а тревожить кого-то в такой час – не очень.

Главное, честное-пречестное лицо, и глупый-преглупый взгляд. Глупость же не преступление! Раньше это выручало.