Вне отбора: алые небеса

– А вы с какой целью, позвольте спросить, интересуетесь?

Все ему цели да цели! Я же не на допросе! Конечно же потренироваться хочу! У меня свободные ночи, а ночью все спят, соответственно, хочу не хочу – делаю, что хочу!

– Женское любопытство, – невинно похлопала ресницами.

– Ой и дурная баба, ой и дурная! – проворчало Чудовище.

– Я успел хорошо вас узнать, чтобы понять – ваше любопытство не бывает беспочвенным.

– Значит, вы узнали меня не так хорошо!

– Если он решит узнать тебя получше – лишится зубов, косточка.

Я тебя пометил! А Галард мне не нравится, от него кошкой воняет за версту! Эта рыжая вечно ко мне лезет, бочок, видите ли, почесать…

Глянула на Чудовище страшными глазами, и он ответил мне тем же.

Победил! Безоговорочно!

Стушевалась и повернулась к Галарду.

– Зачем вы мне говорите об этом?

– Вы мне нравитесь, – без обиняков сообщил лорд Адельвейт. – Возможно, эта информация вам пригодится.

Это отбор, а в отборе все средства хороши!

Ну да, например, крысиный яд. Вообще шикарное средство против соперниц!

– Поэтому, победит самая находчивая.

– Победит одна из невест, – произнесла, чувствуя какой-то нехороший намек.

– И все же, – неожиданно произнес лорд. – Откуда вы узнали, что первой ожила старая магнолия?

Да что ж за такое-то? Вроде ведь проехали уже.

– Меня хозяйка зовет! – встрепенулась и вскочила на ноги. – Слышали? Нет, конечно же.

А вот я слышала, у нас небольшое заклинание связи, ну, вы же понимаете. Было приятно познакомиться, лорд Галард!

Я спешно исполнила реверанс и бросилась к выходу.

– На воре и шапка горит, избранная? – кинул вдогонку царг.

Я рассеянно обернулась (вот уж зря) и со всей силы влетела лбом в угол распахнувшейся двери. В глазах потемнело, вспыхнули искры, меня повело куда-то в сторону. Пол, потолок и вошедший мужчина слились в одно серо-коричневое пятно, и я свалилась.

Упасть бы в обморок, но ледяное заклятье Мериды не дает ни спать, ни в обморок свалиться по-человечески, поэтому я видела мельтешение пятен, чувствовала тягуче обжигающую боль до тех пор, пока теплые пальцы не коснулись моих висков.

Библиотека утонула в золотистом сиянии. Ленты силы: заботливые, ласковые и теплые, аккуратно обвили мою голову. Чужие пальцы с силой давили мне на виски, но я терпела.