Девочка бандита

Глупая. Север одним рывком опрокидывает стол и сразу же меня находит. Он снимает с себя кожаную куртку и бросает ее мне. Я боюсь его, но все же беру эту вещь, чтобы прикрыть ею свою позорную наготу.

После этого Дамир подходит ко мне вплотную и ловко поднимает на руки, крепко прижимая к себе. Тело тут же сжимается судорогами от страха этой близости, но никаких сил вырываться у меня больше нет. Болит все тело, голова гудит, а во рту сильно пересохло. Кажется, я теряю сознание, как только этот огромный жестокий мужчина ступает на первую ступеньку при выходе из дома.

Глава 5. Дамир

Эта молодая шлюха сразу возбудила меня. Не знаю, что привлекло в ней больше: ее молодое тело или огромные синие глаза. Девчонка отлично изображала из себя жертву: зареванное лицо, полуразодранное платье, страдальческие всхлипы. Зачетно играет, ничего не скажешь.

Удивляюсь, где только парни откопали ее. Настолько молода, а уже шлюха. Провожу ладонью по ее животу – трясется, вздрагивает от каждого движения.

Актриса хренова, сколько таких уже перевидал, только все они шалавами продажными оказываются.

За бабки и не так будешь страдать, вот только доля сомнения все же пробирается мне под кожу, когда вижу ее реакцию на мой член. Подобралась вся, не дышит даже. Возбудилась? Хм. Не думаю. Прикасаюсь к промежности – сухо, как в пустыне. Не понравился, значит, да в целом мне все равно.

Сжимаю ее грудь и ловлю первую волну кайфа. Маленькая, но упругая, точно в ладонь помещается.

Не очень люблю такую, но сегодня уж больно голоден, и маленькая сойдет. Секса не было пять дней, сперма уже на мозги давить начала, скоро из ушей польется.

Девка что-то пищит, и это заставляет отвлечься от ее тела.

– Прошу, остановитесь. Не делайте мне больно…

– Как тебя зовут, кукла?

– Ст… Стася.

– Я большой, но тебе ж не привыкать. Терпи, Стася.

Знаю, что с моим размером девки на раз-два кончают, и эта кончит подо мной, без вариантов.

Развожу ее худые ноги в стороны, резко вхожу и тут же замираю. Член уперся в явную преграду. Девственница. Чертыхаюсь про себя. Да ну на хрен, быть не может, их уже не осталось.

Девка издает истошный крик боли во все горло, начинает вырываться и царапаться, но я уже не могу остановиться. Ее невольные движения только заводят меня больше, и я вхожу еще глубже. Это истинный кайф – ощущать себя первым, растягивать ее, дразнить.