Любовь под наркозом

Бликами переливаются.

Замираю, когда мужчина прикасается к моей нежной коже теплыми пальцами. Губу только прикусываю и наконец могу выдохнуть, когда он молча отпускает мою руку.

Поднимаю на него сонные глаза.

– Кирилл Александрович, я помню, что не спала на операции. Я ничего лишнего не говорила?

– Нет, Джульетта. Нормально все. Отдыхай.

Даже в этой полутьме я замечаю блеск его глаз, а еще, кажется, у него темные волосы и короткая щетина. И красивый он, кажется.

Ой, голова что-то вообще не соображает, и я устало прикрываю глаза.

Надеюсь, врач прав и я не говорила под наркозом ничего дурного. Я вообще-то воспитанная девочка и не стала бы нести всякую чушь. Ну, теоретически.

После этого мужчина выходит, а я, кажется, засыпаю, отчаянно надеясь на то, что мне просто приснилось, будто я доктору этому в любви признавалась прямо на операционном столе.

***

Эта ночь кажется мне очень долгой. Просто-таки до невозможности. На этот раз я просыпаюсь резко. От жгучей, невыносимой боли в ноге, которая, кажется, отдает мне прямо в мозг.

Слезы мгновенно подступают к глазам. Хочу встать, но не могу. Тело уже вроде бы не такое парализованное, и я чувствую свои ноги, но подняться все равно не могу.

– Больно… Мне больно!

Всхлипываю. Говорю это вслух, но рядом никого нет.

Двери моей палаты закрыты. Сквозь полупрозрачное стекло я только вижу свет, доносящийся из коридора. Датчики над моей головой периодически пищат, но сейчас мне не до этого совсем. У меня нога болит.

Сильно. Господи, не могу, не могу терпеть.

– Медсестра! Подойдите, – мой слабый голос разрывает ночную тишину, но никто не откликается. Осматриваюсь по сторонам. Это похоже на небольшую одиночную палату с крохотным окном. Рядом со мной куча каких-то проводов и трубок. Я лежу на кровати и испытываю просто огненную боль в этот момент.

– Помогите! Ну хоть кто-нибудь.

Сил на то, чтобы кричать громче, просто нет, а мой слабый голос, кажется, никто не слышит.

Боль в ноге постепенно усиливается.

Я стискиваю зубы и терплю, проваливаясь в дремоту, но, кажется, уже через час снова просыпаюсь и чувствую себя хуже. Больно. Не могу терпеть. Это невыносимо просто.

Начинаю плакать в голос. Какая же я дура. Ну как, как можно быть такой идиоткой, чтобы свалиться со сцены и сломать себе ногу? Почему я голову себе дурную не сломала, глупая. Теперь вот мучайся. А до вступительных экзаменов месяц остается, всего месяц!

Пальцами нащупываю прохладную простыню.