Договорная жена

Его она вся. Полностью. Так даже интереснее. Ахмадов уже предвидел, как подомнет ее под себя и поимеет. Играть с этой курицей мокрой никто не собирался. Давно уже не до этого.

Усадил ее в машину, чувствуя легкость тела, и сам сорвался с места. Домой приехал только поздно вечером, ощущая волчий голод. Дал указание накрыть на стол и только тогда вспомнил про девчонку. Сидит ведь все еще наверху. Закрыли ее, чтобы не свалила.

Аслан отзвонился. Еле довез ее. Орала как бешеная.

Поднялся на четвертый этаж.

Девку сюда должны были доставить. В отдельную комнату. Ахмадов хотел следовать традициям, хоть и никогда не придерживался их особо. Скорее противоречил. По-черному.

Он поднялся на вершину сам, минуя не только моральные устои, но и переступая через законы, становясь тем, кем является сейчас. Тем, кого боялись и перед кем начинали дрожать. Вахид не мог отрицать, что такая реакция на его власть доставляла удовольствие. Он привык вести бизнес жестко. В его деле иначе он бы просто не дожил до своих лет.

Открыл дверь комнаты ключом, внимательно огляделся. Тишина гробовая, будто и нет тут никого, да вот только есть.

Ворона одна мокрая сидит. Ни звука не издает.

Как только сделал шаг внутрь, услышал возню, а затем увидел, как на него ураганом несется какое-то дикое существо с длинными черными волосами. Оно сильно шипело и держало в руках вазу из дорогого итальянского фарфора.

***

Я уже в тысячный раз себя проклинала за то, что вовремя не позвонила отцу.

Пусть бы получила выговор от него, но не ехала бы сейчас в машине незнакомого мужчины неизвестно куда.

О Аллах, почему, ну почему я такая? Вечно делаю, а потом думаю.

Джип, в котором меня везут, гонит очень быстро, и вскоре меня начинает укачивать. Всегда так было, и теперь еще хуже реагирую на нервной почве.

Водитель – кажется, Аслан – словно из камня высечен. Не отвечает ни на один мой вопрос, как я ни стараюсь спросить, куда он меня везет.

Когда же пытаюсь на него наброситься, отворяет полы пиджака и показывает пистолет. Сразу же замолкаю. Желание орать на него не своим голосом отпадает напрочь.

Все это время я верчу в руке мобильный телефон, однако не показываю его водителю. Не хочу рисковать и звонить кому-то при нем. Понимаю, что опасно. Он сразу же отнимет мою единственную ниточку на спасение.

Когда машина выезжает за черту города, я начинаю паниковать еще больше.