Лялька. По волчьим законам

От вида его крови меня пошатывает, пальцы становятся деревянными, и стекло вываливается из ладони. Я боюсь ранить даже его.

– Показала свое “я”? А теперь я покажу, – чеканит Шах, после чего одним рывком стягивает с меня одеяло. Оно сразу же валится тряпкой к моим ногам, полностью оголяя меня перед бандитом.

Глава 7

Я думала, что стойкая, спокойная, но сейчас мое спокойствие трещит по швам. Шах не нежен со мной, не ласков, не терпелив. Он с легкостью толкает меня на кровать, навалившись сверху.

– Нет, пустите, не надо!

Резко поднимаюсь, но он придавливает меня коленом, цементируя на месте.

– Чш… Тихо, блядь! Что, противен тебе, да? Перед остальными не противно было ноги раздвигать?

– Нет, не смейте трогать меня! Я лучше умру, не-ет!

Он чертовски силен, мои слабые трепыхания ни к чему не приводят. Змей с легкостью собирает мои руки, заводит их над головой, придавливает собой, порабощая, как зверь.

Я же пугаюсь. Его напора, агрессии, жестокости, беспощадности. В какой-то момент начинаю кричать, задыхаться в руках этого бандита, чувствуя жар и вес его тела, но резкая пощечина мигом отрезвляет, и я, наконец, смотрю в его черные как смоль глаза.

Потемневшие, диковинно красивые, наполненные лютой ненавистью. Ко мне.

– Пришла в себя? А теперь слушай меня внимательно, лялька. Я оставил тебя в живых, но не думай, что безвозмездно. Ты должна меня слушать, если и дальше хочешь жить! Во всем.

Рустам практически сидит на мне, зажал меня собой, вдавил в матрац, как цыпленка, отчего я даже дернуться не могу.

Всхлипы только вырываются из груди. Я ведь еще не была с мужчиной, и это все… просто дико для меня.

– Пожалуйста… не делайте мне больно.

Мои слезы стекают к вискам, делая волосы мокрыми. Он меня не пожалеет. Шах не знает, что это такое.

– Буду драть, как пожелаю, и чтоб не пищала! – Его сильные руки по обе стороны от меня сомкнуты в кулаки. Змей меня просто по стенке размажет, я понимаю, что никто со мной не играет. – Запомни правила, кукла: не касаться меня, не говорить без спросу, не рыдать! Раньше надо было думать.

Будешь отрабатывать, не то, клянусь, на тебе места живого не останется! – рычит на меня, и я откидываюсь на подушку, прикрываю глаза, коротко киваю. Если хочу выжить – я должна его слушать. Я должна поломать саму себя. Чувствую только, как слезы снова и снова катятся к волосам, но не дергаюсь больше. Это только сильнее раззадорит зверя, а выводить его я не хочу.

Нащупываю пальцами простыню.