Мой палач. Лезвием

Не забыть поклониться, и еще куча всего…

Я в высоких лодочках на шпильке и черном платье в обтяжку, по колено, в котором чувствую себя слишком… раздетой. Не стоило его надевать, но оно было такое красивое, что Света буквально заставила меня его нацепить, прыгая предо мной почти что с бубном. Зря я согласилась, точно зря. В простом худи и джинсах мне было бы куда более привычно, но большой концертный зал в центральной опере все же обязывает придерживаться дресс-кода.

Прикусываю губу. От волнения хочется пить, но назад дороги нет.

Я хочу выступить. Мечтала об этом и готовилась как ошалелая, играя даже по ночам. Ну же, давай, я смогу. Я готова.

Выйдя на центр сцены, мельком бросаю взгляд в зал. Ух… Полный, битком забит, даже в этой полутьме видно. Многие на камеру меня снимают, блестят фотоаппараты и телефоны, а у меня внутри дикий мандраж, иначе не назовешь.

Быстро кланяюсь и в этот момент замечаю какой-то блеск. Прямо по центру в первом ряду огромная черная тень. Зритель. Его лица не видно, но кажется, это мужчина, судя по широченным плечам.

Я увидела блеск от его часов. Странно, почему меня вообще сейчас это волнует.

Сильнее сжимаю ноты в ладонях и вскоре устанавливаю их на черное фортепиано. Красивое, новое, лакированное. Студентам, как я, на таких редко приходится играть. В филармонии мы тренируемся на обычных стареньких пианино, поэтому сейчас я даже трепет какой-то чувствую. Этот инструмент звучит совсем иначе, пробирает, поэтому вскоре моя мелодия начинает разливаться по всему залу, выходя из-под пальцев идеальным лунным звучанием.

Играя, я замечаю, что зал словно застыл. Все слушают меня, тогда как я то и дело кошусь в сторону этого блеска, доносящегося из первого ряда. Кто это и, главное, почему мой взгляд то и дело падает на эту тень?!

На удивление, со своей партией я справлюсь хорошо и даже проблемные участки мелодии, за которые всегда переживала, играю отлично, поэтому, как только поднимаюсь со стула, слышу аплодисменты.

Много громких аплодисментов.

Не могу сдержать улыбку. Овации. Первые в моей жизни.

Бросаю взгляд за кулисы, где Света уже едва ли не прыгает от радости. Вижу, что машет мне. Ой, она показывает, что кто-то принес мне цветы!

Осторожно подхожу к концу зала и, наклонившись, застываю. Очень высокий мужчина в черном костюме и белоснежной рубашке подошел ко мне.

Он молча протягивает мне букет цветов, и, дико смутившись, я все же его принимаю.

– Спасибо.