Мой палач. Лезвием

– М-м-м-м!

Закричать у меня так и не получается, потому что уже через миг этот мужчина нажимает куда-то на моей шее, и у меня все враз темнеет перед глазами.

***

– Тимур, ты вернулся уже?

– Да.

– Хорошо. Забрал жертву?

– Забрал.

– Отлично. Я сам хотел привезти ее тебе. Ты опередил меня, только не будь горячим. Мстить нужно с холодной головой.

– Она доживет до казни. Это все, что я могу гарантировать.

– Я наберу, как приеду. Ты отомстишь за семью. Наконец, в полной мере.

Отключаю телефон.

Я не видел Булата три года и ни разу не вспоминал о нем, но все же он моя семья. Он все, что осталось. Ценное, родное, единственное.

Булат присматривал за мной в юности, но уже в шестнадцать я съехал и с тех пор почти не видел его. Единственная встреча у нас была раз в год. На кладбище. Мы поминали тех, кого убил Коршунов, и каждый год моя ненависть росла. Когда я узнал, что еще одна сука из Коршуновых все еще жива, в груди все словно жечь начало. Она не заслуживает жизни. Только страданий, которые я ей гарантированно дам.

Я обнаруживаю пропажу девчонки не сразу, а когда же понимаю, что эта тварь выбила доску и пролезла в это крошечное окно каким-то макаром, мне хочется все крушить, и ее особенности.

Тут же жалею, что не пристрелил неженку на месте. Девка оказывается еще той сукой. Настоящая Коршунова, дочь своего отца.

Звонок мобильника заставляет отвлечься. Виктор.

– Говори.

– Ты никого не терял?

Сразу понимаю, о ком он. Хорошо, что Виктор ее нашел.

Он умеет держать себя в руках, в отличие от меня.

– Как нашел?

– Да она сама меня нашла. Едва под колеса не легла, так сильно помощи просила.

– Где вы?

– Заезжаем уже. Слушай, это она, да?

– Да.

Слышу треск в трубке.

– Такая молодая. Девочка же еще совсем. Жалеть не будешь?

– Нет. Заезжай давай.

Выхожу на улицу и вижу Виктора. Официально он мой телохранитель, но чаще все же просто начальник службы безопасности.

Охрана закрывает ворота. Мрачные все. Уже получили от меня за то, что не закрыли ворота и девчонка спокойно себе вышла за территорию.

Пожимаю Виктору руку, а после осматриваю салон.

– Где она?

– Отключил на время, а то уж больно нервная была. Принимай.

Виктор открывает заднюю дверь, и я достаю оттуда неженку. Бледная, босая, в одном только платье. Волосы темные разметались по голым плечам.

– Хорошая работа.

Прижимаю хрупкое тело к себе и невольно запах волос ее вдыхаю впервые. Земляника.