Мой палач. Реквием

Если мысленно я была такая смелая и на все готовая, то сейчас на деле оказывается, что нет. Позволяю только раздеть себя, как куколку, а сама… боюсь и хочу до него дотронуться.

Бес очень красив и опасен, а я не знаю, как с ним можно по-настоящему. Как приручить этого зверя и самой не стать добычей, не знаю!

Сейчас демон спокоен, однако я помню, каким он может быть, и то и дело поглядываю Бесу в глаза. Знаю, что если снова там жестокость уловлю, то начну дрожать, и тогда точно ничего не будет, а я хочу этого… правда.

Хочу почувствовать настоящего Беса без прикрас.

– Ляг. Откинься на подушку.

Делаю, как говорит, и в следующий миг Тимур стягивает с меня трусики, одним щелчком расстегивает бюстгальтер, который летит на пол.

Теперь я совсем голая перед ним, хотя на самом деле даже больше. Я душу перед ним обнажаю в этот момент. Полностью. Беззащитная перед зверем, ранимая, открытая. И надеюсь, что хоть немного любима.

Сглатываю, когда вижу, как Тимур взглядом меня окидывает. Голодным, пожалуй, будет наиболее точное определение.

Смотрит на меня дико, серьезно, строго, и я вижу, как возбуждение в его штанах начинает выпирать еще сильнее.

Прикусываю губу. У нас уже была близость, конечно, однако тогда я думала, что Бес память потерял и ничего не помнит! Он был другим, таким нежным и ласковым, а теперь палач настоящий, и я не знаю, умеет ли Бес хоть немного любить.

Тимур расстегивает рубашку, и я вижу его голый подтянутый торс. Красивый, Боже, он словно из бронзы весь вылит!

Металлическая пряжка ремня поблескивает и отдает серебром на фоне его смуглого тренированного торса.

Черные грубые волоски опасной дорожкой опускаются прямо туда, вниз… под ремень, и я чувствую, как мои бедные щеки горят все сильнее.

Живот снова тянет. Сильно, аж до боли уже. Я скучала по нему. Боже, как же я скучала, однако не знаю, можно ли с Тимуром так, как раньше, лицом к лицу, или он на самом деле любит ту позу, где я на коленях, чтобы меня не видеть.

Когда мужчина джинсы снимает вместе с боксерами, я уже правда не знаю, куда глаза деть.

Тимур красив везде, но там… большой!

Те полгода, что мы вместе прожили, теперь кажутся миражом. Словно и не было их. Вот теперь Тимур настоящий, и я же не знаю его совсем, можно сказать. Ну, кроме его ненависти такой лютой, от которой я едва не умерла тогда.

Набрав побольше воздуха, переворачиваюсь на живот. Бес тогда так меня брал. Не любил, нет, брал. Не хотел он меня видеть. Коршунову.