Двести женихов и одна свадьба

Вытолкала Стравелли в коридор, а сама заглянула обратно, чтобы поинтересоваться:

– Где мне найти лекаря?

– Боюсь, сэр Ортингтон велели отослать всех из дворца до особого распоряжения.

Великолепно!

– А сэр Бовейн в местной темнице или в центральной?

– В местной, но вас туда не пустят.

Да конечно!

Вышла не прощаясь. В коридоре дала Стравелли затрещину и сунула ему в руки усы.

– Ты что, совсем дурной? Ты зачем в кабинете напрудил?

– Хотел напугать соперника.

Скорее уж деморализовать.

– А мы правда теперь вместе? – с надеждой спросил он.

Я закатила глаза и всплеснула руками.

– Ты у меня в долгу! А теперь иди давай.

Чтобы выпроводить Стравелли из замка, пришлось немало потрудиться. Он угрожал порадовать меня новой серенадой. Чую домашние будут благодарны за бессонную ночь…

Местная темница располагалась на втором подуровне подвала. Как-то раз сэр Лютер Мавриус, глава тюремной стражи, пригласил меня на весьма экстравагантное свидание… в тюремной камере! Серьезно, в списке самых странных женихов он занимает второе место.

Разумеется, дверь в темницу оказалась заперта, а на страже сидел вовсе не Лютер.

– Горничных не вызывали, – скучающе заявил сторож и захлопнул окошечко в двери.

– Я к сэру Мавриусу!

– Ага, я к Охису записался, только он чейто не спешит меня принять.

– Примет, если вы меня немедленно не пропустите!

Охранник снова открыл окно, пригляделся получше и просветлел:

– А, леди Джулия? Простите, не узнал вас…

На мне всего лишь униформа горничной, а работает не хуже камуфляжа.

– Прощаю. Он на месте?

– У себя, – зазвенели ключи, скрежетнул замок и, поскрипывая, железная дверь отварилась. – Вы в наряде… не узнал, не узнал.

Проводив меня сальной улыбочкой, охранник пробурчал под нос:

– Вот счастливый мерин! Такую бабу отхватил.

Не хочу я завтрашние газеты читать…

Кабинет Лютера – в административной части темницы. Миновать узкий каменный коридор, освещенный по старинке факелами, свернуть за угол и постучаться в низкую, скругленную сверху дверь.

– Занят! – важно гаркнул бывший жених.

– Даже для меня?

За дверью что-то грохнулось, разбилось, снова грохнулось, упало, встало на место и двери распахнулись. На пороге, спешно приглаживая буйные рыжие волосы, замер Лютер. Один из тех, кто женился на мне по любви. Пробовал, точнее.

– Джулия? Чем обязан такой честью?

– Есть покушать? – желудок требовательно зарычал.